Их нет уже больше часа, а я все еще не могу прийти в себя от этого признания, и только когда звонит дверной звонок, меня вырывает из любовного ступора.

28

Разлагайся там с остальными скелетами

КУИНН

Я чувствую себя не так плохо, как ожидала, но все равно ощущаю, будто по венам течет какая-то жижа, когда тащусь вниз открывать дверь.

Я удивлена, увидеть по ту сторону Стю.

— Джек написал, — он хмурится, оглядывая меня и протягивая пакет, доверху набитый разными вещами. — Я принес все необходимое при желудочном вирусе.

Я отхожу в сторону, и он проскальзывает мимо, держась подальше.

— Уф, спасибо. Просто оставь на островке.

Я скрещиваю руки на груди и прислоняюсь к закрытой двери. Я ожидаю, что он сбежит, но он начинает выкладывать содержимое пакета.

— Можешь не оставаться, я не так уж больна.

Он отмахивается и продолжает свое дело.

— Все нормально. Ты уже пробовала что-нибудь съесть?

Он встряхивает контейнер с чем-то похожим на суп с яйцом, и я чуть ли не пускаю слюни. Почему это лучшая еда при любой болезни?

Я морщусь.

— Нет. Не уверена, что смогу.

Он поворачивается, открывает шкаф и достает миску.

— Ну, стоит хотя бы попробовать.

Он кивает головой в сторону гостиной.

— Иди садись, я разогрею и принесу тебе.

Я колеблюсь лишь мгновение, прежде чем сделать, как он просит. У Джека действительно замечательные друзья.

Я оставила телефон на тумбочке, но у меня нет сил снова подниматься за ним.

— Эй, — кричу я на кухню. — Не мог бы ты написать Джеку, спросить, как дела? Я забыла телефон наверху.

Его лицо появляется из-за угла, в одной руке миска с супом, в другой — телефон. Его глаза прикованы к экрану, он уже печатает сообщение, неся мне суп.

— Без проблем. Он как раз написал мне узнать, как ты. Я сказал, что почти уверен — у тебя Эбола, и я даже не собираюсь тащить тебя в приёмный покой, а просто кину в подвал — будешь там разлагаться с остальными скелетами. Он ответил, что круто, только засунь тебя в угол, а то там тесно.

Я закатываю глаза, принимая от него миску.

— Ты нелеп.

Он просто усмехается, убирая телефон в карман. Он выглядит более уставшим, чем обычно, и кажется не в своей тарелке. Его игривость кажется более натянутой.

— Все в порядке? — спрашиваю я, отхлебывая суп ложкой. Он чертовски горячий, но я чувствую — это то, что нужно моему желудку. Если получится удержать.

Он скрещивает руки на груди и проводит ладонью по щетине на лице.

— Ага. Просто устал.

Внезапная волна головокружения накрывает меня из ниоткуда, и я трясу головой, пытаясь сфокусировать зрение. Его очертания расплываются. Я никогда не теряла сознание раньше, но чувствую, что это может случиться сейчас. Я открываю рот, чтобы заговорить, и что-то выходит, но это не совсем те слова, которые мой мозг пытается собрать воедино.

— Я не спал уже буквально несколько суток. — Он делает шаг ближе и забирает у меня из рук миску с ложкой, ставя ее на журнальный столик. — Смотрел эти гребаные камеры, к которым я соврал, что у меня нет доступа, ждал, когда ты отопьешь то вино, которое я послал с Эзрой. Я очень хотел, чтобы вину за это возложили на Круз, раз уж казалось, что это она его здесь оставила. Мне было бы намного проще взять то, что мне нужно, от твоего остывающего трупа, но что уж тут.

Он так невозмутим, но его слова едва регистрируются в моем мозгу, потому что какого хрена?

Он засовывает руки в карманы, а моя голова падает назад на подушку дивана. Я полностью теряю контроль над движениями, и паника закипает внутри, пока все вокруг не темнеет.

— Какая удача, что ты отпила один разбавленный глоток и тут же выблевала все наружу.

29

ОН ПРИДУРОК

ДЖЕК

Дорога до больницы заняла больше времени, чем должна была — ближе к четырем часам, а не к трем, как я ожидал. Каждая минута тянулась бесконечно из-за беспокойства. Сообщение, пришедшее сегодня утром из больницы об передозировке Анны, прокручивалось в голове снова и снова, как заезженная пластинка. Я даже не был уверен, что увижу, когда доберусь, но я должен был ехать.

Оставить Сиенну с мамой было облегчением, но это не облегчило расставание с Куинн, особенно учитывая, что она все еще больна.

Я хочу позвонить и проверить ее в последний раз перед тем, как зайти внутрь, но когда звоню, попадаю сразу на голосовую почту.

Прошло несколько часов с нашего последнего разговора, и я предположил, что она отсыпается после болезни. Наверное, у нее просто разрядился телефон, но это не останавливает тревогу, которая пронзает меня от невозможности услышать ее голос на фоне всего остального, что происходит.

Теперь, когда я не за рулем, я открываю домашние камеры, чтобы просто взглянуть, как какой-то влюбленный сталкер.

Моя система не работает, и паника закипает в животе.