Она стоит на ступеньку выше меня, что делает нас почти одного роста. Ее дыхание все еще пахнет коричным латте, который она пила по дороге сюда, и близость ее рта к моему лицу почти меня уничтожает.

— Надеюсь, ты знаешь, что тебя для нее достаточно.

Я не готов услышать эти слова, но понимаю, что она говорит это, потому что я использовал слово на М. Я сжимаю губы в тонкую линию и один раз киваю.

Думаю, в большинстве дней я это знаю, но всегда будет часть меня, которой жаль того, чего Сиенна лишилась и что я не могу заменить.

— У меня не было родителей, когда я росла, — признается она, после того как мы поблагодарили и начали уходить. — Но моей тети было достаточно.

Я всегда подозревал, что представлял из себя ее отец. Думаю, большинство в Хэллоу в какой-то мере знают, но я никогда не представлял, что ее даже не воспитывали родители. Что-то внутри подсказывает мне, что их отказ от нее — не то, чем она делится со многими.

Большинство предполагают, что их отношения были чем-то большим, чем оказались на самом деле. Хэллоу — маленький город. Люди болтают — больше, чем следует, и чаще всего понятия не имеют, о чем говорят.

— Ты сейчас часто ее видишь?

Я касаюсь кончика носа Сиенны, и впервые с тех пор, как Куинн появилась в нашей жизни, она тянется ко мне, чтобы я взял ее.

Куинн не колеблется. Она разворачивает слинг и вынимает ее, и Сиенна буквально прыгает ко мне в руки, издавая череду «да-да-да», от которой мое сердце готово взорваться.

— Видела до недавнего. Она уже в возрасте, и за последние несколько лет её здоровье пошатнулось. Мы часто говорим по телефону, но ее сын решил, что ей будет лучше быть ближе к нему. Не могу сказать, что спорю, но ужасно, что ее нет рядом. Он на несколько лет старше меня и не так загружен учебой или работой. У него работа полностью удаленная, так что он может быть рядом с ней так, как я не могу. Надеюсь съездить на зимних каникулах.

Мысль о том, что она проведет Рождество или любой другой праздник где-то, а не с нами, мне неприятна, что абсурдно, потому что у нее своя жизнь. Я должен напоминать себе, что это просто ее работа.

Но в том-то и дело, не так ли? То, как она с Сиенной. Для нее это не просто работа.

— В общем. Я все еще держу обиду на родителей, от которой когда-нибудь исцелюсь, но я выросла любимой и окруженной заботой, даже если моя домашняя ситуация была нетрадиционной. Я благодарна, что моя тетя захотела меня, когда никто другой не хотел. Если бы я могла вернуться и выбрать, я бы все равно выбрала ее.

Слова повисают в воздухе, и пока Сиенна кладет голову мне на шею, я молюсь, чтобы когда-нибудь она смогла сказать то же самое обо мне.

Остаток вечера пролетает незаметно, и не успеваю я оглянуться, как ведерко Сиенны наполнено до краев.

По дороге домой в груди все еще тесно от остаточных эмоций после неожиданно глубокого разговора с Куинн. Я сжимаю руль чуть сильнее, пытаясь прийти в себя.

Мы едва в миле от дома, но Сиенна уже спит, когда мы подъезжаем к подъездной дорожке. К счастью, ее костюм слишком толстый, чтобы безопасно быть в автокресле, так что она уже в свежем подгузнике и боди, когда Куинн осторожно переносит ее из машины в кроватку.

Мне не терпится, чтобы она спустилась вниз. Я хочу побыть с ней наедине пару минут, пока Эзра и Стю не прервали нас, что забавно, потому что у нас эта ежегодная хэллоуинская тусовка много лет, и на самом деле ее стоит считать незваной гостьей, только она совсем не такая. Я хочу, чтобы она была везде, где я, всегда. Я не говорил ей, что у меня будут гости или что я хочу, чтобы она осталась.

Каждой клеточкой своего существа я хочу сделать что-то, что пересечет черту профессионализма, просто чтобы проверить почву и посмотреть, как она отреагирует. Я просто не могу придумать, как заговорить об этом, чтобы не сделать все неловким.

Но я буду умолять, если придется.

К сожалению, мне не выпадает такого шанса. Непрекращающийся звонок в дверь говорит мне, что Стю прибыл первым.

14

ЧЕРТОВСКИ УЮТНО

КУИНН

Глаза Сиенны на секунду распахнулись, когда зазвенел дверной звонок, но она быстро снова провалилась в сон, как только он затих.

Я подумала, что это запоздалый колядующий, который давит на кнопку в надежде урвать конфет в последнюю минуту или подшутить над жутким домом на углу. Но когда я спускаюсь вниз несколько минут спустя, я слышу строгий папин голос Джека, отчитывающего друга за то, что тот шумел, зная, что ребенок уже спит.

Хотелось бы, чтобы он использовал этот голос на мне. Что бы он мог заставить меня сделать с его помощью…

Я не знала, что он ждет гостей, и немного разочарована. Во мне живет настойчивая частичка, которая всегда хочет побыть с Джеком еще несколько минут, даже после того, как мои рабочие обязанности на сегодня закончены.

И с Сиенной, честно говоря.

Расставаться с кем-то из них тяжело.