— А ты не разглядела, кто это был? — глаза моей собеседницы горели от любопытства.

— Не-а, только голоса слышала. Судя по всему, какая-то вертихвостка со второго этажа.

— Ну, эти могут, — брезгливо поморщилась моя новая знакомая. — Ради теплого местечка на третьем этаже они готовы на всё…

— Так, что стоим, бездельницы?! Работы мало?! — внезапно раздался яростный, визгливый крик со стороны лестницы.

Я вздрогнула, изображая испуг, и поспешно опустила глаза в пол, чтобы не выдать своей реакции.

Судя по багровому лицу подлетевшей к нам Старшей, мои слова она расслышала очень хорошо. И если удача будет на моей стороне, то вечером Главному лекарю станет абсолютно не до меня и не до чая с лонгорийским шоколадом…

ГЛАВА 28

Чтобы не попасть под горячую руку Старшей по этажу, которая после моих слов была совершенно не в духе, я шепотом простилась с новой знакомой и поспешила в свою палату.

Быстро, на цыпочках, влетела внутрь, прикрыла за собой дверь — и только тогда позволила себе с облегчением выдохнуть.

Интересно, канцлер слышал мой разговор в коридоре? Вроде у драконов должен быть отменный слух.

Кхм… А антимагический ошейник сдерживает только зверя, или он снижает возможности тела в целом?

И тут же сам собой возник важный вопрос — а может, его можно как-то снять или ослабить? Я ведь толком и не пробовала, не пыталась…

Подошла к кровати больного и сразу же наткнулась на пристальный, буравящий взгляд канцлера. Дракон лежал на подушке, заложив одну руку за голову, и в его глазах читалось явное, глубокое недовольство моим долгим отсутствием.

— Почему так долго, Пентюхберг? — глухо, даже немного сурово проворчал он, не сводя с меня взгляда.

— Ваша светлость, я была на задании, — я лукаво улыбнулась, подмигнула и бесцеремонно по-хозяйски присела на край его постели. — Кроме того, я только что обеспечила нам полноценное двухразовое питание за один золотой в неделю. Сиделка из соседней палаты будет тайно отдавать мне свои порции. Так что голодная смерть вам, ваша светлость, больше не грозит. А во-вторых…

Я сделала небольшую томительную паузу, наслаждаясь его озадаченным видом, и затем в лицах пересказала ему свою импровизацию про молодую любовницу главного лекаря, которая якобы идет в полдесятого вечера к нему в кабинет «благодарить» за свое скорое повышение.

С каждым моим словом брови главы Тайной канцелярии ползли всё выше и выше, а губы удивленно приоткрывались.

Когда я закончила, канцлер пристально, с нескрываемым восхищением смотрел мне прямо в глаза — и в этом взгляде больше не было ни капли той прежней снисходительной насмешки, с которой он встречал меня прежде. Там горело глубокое, заслуженное уважение.

Дракон издал короткий, низкий смешок:

— Невероятно… Это же надо было такое придумать — натравить на похотливого мерзавца его же любовницу! Пентюхберг, признаю: у тебя не просто крепкие нервы, у тебя гениальный, аналитический склад ума. Из тебя бы вышел лучший старший дознаватель Тайной канцелярии. Ты любого заговорщика за секунду вокруг пальца бы обвела.

— Ценю вашу похвалу, Верховный канцлер, — хмыкнула я, поднимаясь на ноги и решительно засучивая рукава платья до локтей. — Но расслабляться рано. Трюк с ревностью подарил нам вечер и ночь, но не свободу. Поэтому — руки на изголовье, зубы сжать и терпеть.

Дракон нахмурился и озадаченно посмотрел на меня с ноткой легкого беспокойства. Я подошла к краю кровати и уверенно обхватила его правую ногу в районе лодыжки, приподнимая её.

— До того, как Старшая по этажу и Главный лекарь выяснят отношения или сюда нагрянет проверка, вы обязаны начать ходить. Хватит лежать, ваша светлость. Попробуйте заставить магию циркулировать по каналам, попробуйте разогнать кровь. Нам нужно поднять вас на ноги, чего бы это ни стоило. Итак, начнем упражнения!

ГЛАВА 29.

Я стала осторожно разминать мышцы дракону — методично, привычно, как делала это уже с десяток раз со своими тяжелобольными со второго этажа.

Ладони плавно скользили по напряжённым икрам, по крепким, мускулистым бёдрам, прощупывая забившиеся магические каналы и разгоняя застоявшуюся после долгого лежания кровь.

Пальцы двигались уверенно, на полном автоматизме…

За те полгода, что я работала здесь, я научилась дистанцироваться и не воспринимать больных как мужчин. Они были для меня лишь чередой безымянных тел, требующих моего внимания и ухода.

Я считала их просто частью своей работы и никогда не позволяла себе лишних мыслей, но на Верховном канцлере моя хвалёная выдержка впервые дала сбой.

Стыдно признаться даже самой себе, но мне безумно нравилось его… трогать.

Под моими ладонями перекатывалась не дряблая кожа немощных стариков, а плотная, горячая, накачанная мускулатура боевого дракона.

Даже скованный антимагическим ошейником, он обладал пугающей и одновременно притягательной мужской силой, которая буквально гипнотизировала.