«Какой второй день? Ты висела на дыбе две недели. Лишь святая сила не дает тебе умереть».

Да, верно. Для ликвидации святого необходим огонь. Таково Правило.

Мне очень хотелось спросить, придёт ли Аштар, но я молчала. Я знала, что не придёт. И ещё знала, что Феоклист прав. Я умираю. За эти четырнадцать дней я постарела на десять лет, а в огненных волосах появились седые пряди.

А я-то думала, что это день был таким долгим.

— Расскажи что-нибудь, — попросила тихо. — Только не лги, не береги меня.

Феоклист молчал так долго, что я решила, будто он давно ушел. А потом он заговорил.

Дела при дворе стали ещё хуже и ещё страннее.

Миртину короновали в Верховные святые, а вчера была заключена её помолвка с Его Величеством. Наверное, поэтому меня и отволокли в камеру. Двор на радостях напился, и пытать меня было некому.

Одиннадцать паладинов поклялись в верности Миртине и поцеловали край её платья. Почему одиннадцать? Потому что отец Ренфи прилюдно отказался признать её святой, и сейчас находился через три камеры от меня. Его ослепили, лишили обеих рук и урезали язык, поскольку этот язык говорил не богоугодные вещи. В частности, он называл святой меня.

Король Аштар ходил пьяный от любви и не отпускал от себя Миртину ни на минуту, но иногда… Иногда словно тень ложилась на его лицо. Он мрачнел, закрывался и уходил в свои покои до утра.

Моя вина была полностью доказана и подтверждена. Из моих покоев действительно выгребли целый сундук артефактов, набитых магией Миртины. Дали показания послушница и церковные служки, четыре мои дворцовые горничные и Ламберт. И все говорили одно и то же. Я жестокое, отвратительное чудовище. Прикидываясь святой белым днем, ночами я творила страшные дела. Мучила прислугу, терзала красавиц, требовала немыслимых денег за излечение.

Только Ламберт продолжал настаивать на своем. Он ничего не знал, пока не увидел исполосованную плетьми спину Миртины. Буквально за несколько дней до моей коронации. А все остальное время искал доказательства моей виновности.

— А высокородные деры? Может, они не получили моих писем? — сказала еле слышно.

Феоклист смотрел на меня не мигая, как умеют только кошки.

— Получили, — сказал коротко. — Только не все прочитали.

* * *

Дорогие читатели! Знакомлю вас с первой (потрясающей!) книгой нашего литмоба "Из овцы в волчицу"!

"Тише воды, ниже травы"

Аннотация:

Я была из тех, про кого говорят — тише воды, ниже травы. Послушная дочь, прилежная ученица пансиона благородных девиц, покорная невеста императора. Я смотрела на мир через розовые очки и верила, что люди вокруг добры и отзывчивы.

Но всё изменилось, едва моего отца обвинили в преступлении, которого он не совершал, и от меня отвернулись все — друзья, родные, жених.

А когда отца казнили, а меня сослали в далекое поместье, я поняла, что могу рассчитывать только на себя. И на древнюю магию нашего рода, которая никогда прежде не передавалась женщине. Но ведь всё когда-то бывает в первый раз, правда?

И однажды я вернусь, и тогда враги пожалеют, что уничтожили мою семью. Особенно он, император Дариан Второй.

ЧИТАТЬ:

2.6 Заключение

Например, графиня Лодоз демонстративно отправила мое письмо в камин и вымыла руки с мылом. А юная Диана, дочь второго герцога Ваштияр, открыла письмо в кругу подруг на дневном приеме. Они перекидывали его друг другу, пока то не упало в пруд.

Пруд, к слову, был с лилиями, если мне интересно.

Я сжала губы до боли и закрыла глаза.

Неужели можно пить вино, есть сладости и благословлять новую святую, зная, что человек, которого ты знал лично, страдает от боли в подземной темнице?

Нет, я не требовала мзду за свои услуги, но… Люди, которых я лечила, которых спасала от смерти, за чью боль платила собственной болью, — они могли бы меня хотя бы выслушать.

В груди шевельнулось что-то тёмное.

В моем сердце сидела чёрная трехглавая змея. Наверное, это была та самая змея, которую вытравливал из меня Северин: злоба, зависть, дурные мысли.

До меня с трудом доходила очевидная правда. Никто не придёт. До меня просто-напросто никому нет дела.

Все было спланировано. Расписано едва ли не по секундам, словно нотная партия.

Жизнь святых трудна и скучна, поэтому, закончив основное церковное образование, я зачастила в императорскую библиотеку. Я прочитала столько книг, сколько иные деры не прочтут за всю жизнь. Я старалась не слушать сплетни, но слышала. Я избегала политики, но начала разбираться в ней. Переходя из дома в дом, чтобы нести свою магию, я невольно постигала социальные связи общества.

И теперь разрозненные знания постепенно складывались в кровавый пазл.

Дела в Альгане шли отлично. До моего появления. Миртина — любимая герцогская дочь, красавица и умница — уверенно шла в Верховные святые. А пятеро послушниц служили подходящей оправой для её талантов.