Спускаясь сюда, чтобы взять один из старых приборов (мой как раз сломался), я спешила. Голова была занята работой, а в таком состоянии рассеянности мне не избежать: все лишнее шло мимо. Передатчики и прочие «ограничения», протокол слежки за мной через показатели здоровья, как раз попадали в этот список. Так что свой я теряла постоянно, и довольно часто намеренно.

В другой ситуации Нирша обязательно высказалась бы, но сейчас ограничивается поджатыми губами, протягивая мне свой.

— Держите. Нажмете, если потребуется. И не геройствуйте.

— Я и не собиралась.

Но она уже ступает в полумрак.

— Ну и темнота же тут, – ворчит на ходу, то ли правда сердясь на этот изъян в обустройстве главного дома, то ли подбадривая себя колкими фразами. – Давно пора сюда провести нормальное освещение… Где она, сиххат? Ничего не вижу…

Лучше бы ей не навешивать на него подобных ярлыков. Будь я на его месте, такое бы не стерпела. Но он опять подтверждает готовность сотрудничать – указывает в нужном направлении. И, кажется, выглядит в разы собраннее, производя совсем иное впечатление, чем то, что досталось мне.

Поравнявшись с Ниршей, он спокойно шагает в полумрак, туда, где его спутница, скорее всего, так и осталась у противоположной стены. От меня до нее метров двенадцать, но в желтоватом свете и при тенях расстояние искажается, чудится пропастью.

Наверное, именно это злосчастное освещение сыграло со мной недобрую шутку – приумножило страх в момент нашего с ним знакомства. Да и теперь мне все так же не по себе.

Они оба скрываются за выступающими стеллажами, но до того я успеваю проводить их взглядом, уперевшись им в спины. Вернее, ему.

Какой же он высокий!

Это я заметила еще раньше, но было не до сравнений. Тогда он состоял для меня из сплошных угрозы и тайны, мог показаться вдвое больше реального, однако и тут зрение не обманывало – сиххат действительно отличался внушительным ростом, пусть и не массой.

Не удивлюсь, если в последние дни он почти не ел. Но даже так моя Нирша, способная одним ловким словом приструнить половину поместья, рядом с ним смотрится пугающе маленькой – не достает ему и до середины плеча. А я ведь лишь немногим выше ее.

Как только они скрываются окончательно, время растягивается. С минуту я сохраняю выдержку и стою ровно. Цепляюсь пальцами свободной руки за подол платья, второй рукой сжимаю передатчик, убеждая себя, что Нирша справится. И что она в безопасности.

На второй же минуте тишина начинает звенеть, давить на плечи.

Здравая часть меня понимает: прошло не так много для осмотра. Но нетерпение утраивает результат, и вот я уже переминаюсь с ноги на ногу, нервничая куда сильнее, чем в недавнем общении что со старшим, что с младшим Ордэками.

Потом заставляю себя не дергаться. Потом снова переступаю.

Святая земля…

Тревожно и любопытно. И стыдно от этого любопытства, и еще хуже оттого, что я ничего не слышу, кроме обманчивого звона в ушах. Подвал скрадывает звуки, но едва ли эта гнетущая обстановка способна утихомирить мои мысли: в голову против воли лезет дурное.

У меня три решения на выбор:

Нажать.

Окрикнуть.

Пойти следом.

Я практически выбираю третье и подаюсь вперед, тут же замерев. Из темноты резко проступает черная фигура сиххата.

То, что от неожиданности я не жму на кнопку – чистое везение. Объясняться с постом охраны нам точно некогда: на его руках обмякшее тело женщины, окончательно потерявшей сознание. За ним же поспевает Нирша, вырываясь на полшага.

С таким решительным видом, как у нее сейчас, ничего хорошего ждать не приходится. В этих эмоциях прячется новая порция волнения. И не зря… Присмотревшись, я разбираю алую дорожку на лице ее пациентки, в уголках раскрытого рта виднеется кровь.

— Ну же, быстрее, Тарри, – не останавливаясь, зовет она. – Нам надо подняться наверх – в вашу комнату. Тут я ей ничем не помогу.

…

…

Дорогие читатели 😊

Наш литмоб продолжается, и сегодня время для новой увлекательной истории. Я приглашаю вас в книгу Виктории Богачевой «Преданная жена. Цена верности»

Книга живет по ссылке…

Глава 8.2

Поднявшись по ступеням, я приоткрываю дверь и выглядываю наружу.

Нирша доверила это именно мне – проверять, нет ли впереди препятствий. Охранники после отбоя в дом не входят, Майер тоже соблюдает мое право на уединение, и вся огромная территория в ночное время, по сути, принадлежит только нам – вместе мы делим обжитой второй этаж. Тот, как и первый, почти полностью скрыт от сканеров.

Но, ступая за порог, я все равно не отбрасываю предосторожностей.

Сегодня многое выбилось из привычного, чтобы полагаться на правила. И бдительность лишней не будет, пусть сама обстановка играет на нашей стороне.

Свет внутри дома уже переключился на вечерний: по периметру потолка горит узкая подсветка, от которой едва ли больше толку, чем от желтых ламп в подвале. Разница одна: там, внизу, мрак теплый, здесь же, напротив, холодный.