Моя. Наконец моя. Он сказал ей это их ночью, точно зная, что заберёт её, невзирая на все договоры, запреты и правила. А на следующий день она смотрела на него так, будто и не помнила ничего из того что было ночью.

Сохраняя внешнюю невозмутимость, Зорн направился прямиком к императору.

Тот ждал верховного лорда, сидя за столом в своем кабинете, устало откинувшись на спинку массивного кресла.

Эти двое могущественных мужчин знали друг друга давно. Василиски и Империя плодотворно сотрудничали столетиями, с тех пор как был подписан Договор.

А сам лорд Керад не раз успешно и красиво разрешал проблемы в казалось бы безвыходных ситуациях, выходящих далеко за пределы власти императора. И никогда не просил ничего ни для себя, ни для своей расы сверх того, что уже им давалось Империей.

Поэтому Зорн знал: сейчас он в праве требовать. И императору придётся уступить.

Они обменялись короткими приветствиями, и Зорн сразу перешел к делу.

— Я забираю Лицию, — прямо глядя в глаза императору, жёстко произнёс он. — Всё подтвердилось, Виллиан. Она — моя истинная. В договоре указано, что я имею право жениться на истинной. Значит, будет вторая свадьба. С ней.

Император отвел глаза, и устало потёр переносицу. А потом выпрямился и ответил Зорну таким же прямым и жёстким взглядом.

— Нет, Лиция остается, — коротко ответил он.

Лицо Зорна окаменело, он сделал медленный, плавный шаг вперёд. В кабинете императора ощутимо сгустились тени и повеяло холодом.

— Ты отказываешь мне в собственной паре, Виллиан?

— Я защищаю свою дочь.

Острые, как клинки взгляды снова скрестились.

— От меня? — с опасной небрежностью спросил Зорн.

Император выдержал его тяжелый взгляд. А потом холодно усмехнулся.

— От верной гибели, Зорн.

Зорн скрестил руки на груди, возвышаясь посреди кабинета правителя тёмной неподвижной глыбой.

— Я в своём праве, Виллиан. И ты это знаешь, как и то, что я жизнь положу на защиту своей истинной.

Что-то жёсткое мелькнуло в глазах императора. Сейчас перед верховным василиском стоял правитель огромной Империи,

— Осторожнее, лорд Керад, — произнёс император тихо и очень холодно. — Право у тебя есть, но не в отношении моей дочери. Она выполнила свое предназначение. Но повторное закрепление вашей связи точно убъет её. Ты этого хочешь? — продолжил он давить взглядом.

Зорн едва заметно наклонил голову.

— Я слушаю вас, ваше императорское величество, — медленно произнёс василиск.

Император невесело усмехнулся, налил себе крепкий горячий отвар из кувшина, взял кубок в руки, будто грея озябшие пальцы.

— Метку Договора не снять ничем. Наши маги пытались и не раз, — начал он. — И она держится до самой смерти той, что её носит. Ни сила василисков, ни кровь моего рода над ней не властны. Договор нерушим. Ты это знаешь.

Император отставил кубок на стол и снова посмотрел Зорну прямо в глаза, не пряча больше своей тревоги отца.

— Эта метка делает больше, чем скрепляет брак кровью. Она подавляет истинность. Любую. Её так сделали с самого начала, шесть веков назад.

Тьма шевельнулась в глубине глаз верховного василиска.

— Продолжай, — произнёс он глухо.

— Те, кто составлял Договор, предусмотрели многое. Например, что однажды у избранницы может вспыхнуть метка истинной какого-нибудь эльфа. Среди людей такое бывало и не раз. Это могло помешать магии договора. А разрушенный Договор означал бы конец Империи. Потому и заложили такой запрет.

Зорн сжал кулаки, желваки задвигались на окаменевшем лице.

— Но тогда почему не предусмотрели обратной ситуации? Что избранная станет истинной парой для своего мужа по договору? — требовательно спросил он.

Император отвёл взгляд к окну.

— Потому что когда составлялся Договор, все были уверены, что истинные василисков не рождаются среди людей. Наши расы почти не имели контактов. Кто мог знать?

— Тогда нужно пересмотреть этот Договор. Составить новый, — твёрдо произнёс Зорн. — Да, будет плата за это. Но я возьму удар от разрыва на себя.

Император с невольным уважением посмотрел на верховного лорда. В его глазах на мгновение мелькнула надежда, когда он взял паузу на размышление, но она тут же погасла. Он вернулся к столу, тяжело оперся на его край.

— Это могло бы сработать, Зорн. Но нет. Весь удар не отвести на тебя. Это мы тоже проверяли. Я лично проверял.

Виллиан оттолкнулся от стола, и голос его наполнился властной тяжестью.

— Разрыв Договора ударит по слабейшему звену. Ты бы пережил этот удар, это понятно. Лиция не переживёт. Ты готов рискнуть её жизнью, чтобы убедиться? Я — не готов. Поэтому — нет, Зорн. Лиция останется во дворце.

Зорн молчал.