Кэм страстно целует меня, его волосы щекочут мои щеки. Затем он прижимается губами к моей шее, щетина на его подбородке царапает чувствительную кожу под ухом, его губы теплые и мягкие, дыхание прерывистое, как и мое. Я вижу, что он старается не торопиться, но его руки дрожат, когда он прижимается ими к моей голове.

Я понимаю, что мы оба слишком долго этого хотели, чтобы начинать с нежности.

— Забудь о занятиях любовью, Кэм, — говорю я, чувствуя, как кровь горит в венах огнем. — Давай жестко и грязно.

Он выдыхает: — Слава богу, — зарывается пальцами в мои волосы и снова целует меня так, словно умрет, если не сделает этого.

Где-то глубоко в горле он издает звук, похожий на звериный рык. Это его внутренний волк выходит поиграть. От этого по всему моему телу пробегает странная дрожь, отдаваясь прямо между ног. Я тяну его на себя за шлевки джинсов, отчаянно желая почувствовать его вес. Мои бедра раскрываются, обхватывая его талию. Он уже твердый ради меня. Я трусь об эту твердость с таким отчаянием, какого еще никогда не испытывала.

Быстрым, как удар хлыста, движением Кэм вскакивает и смотрит на меня сверху вниз темными глазами. Глазами безумца, полными неприкрытой похоти. Он скидывает мои туфли, небрежно бросая их через плечо на пол, а затем проводит раскрытыми ладонями от моих коленей вверх по внутренней стороне обнаженных бедер, сжимая мою плоть. А потом, прежде чем я успеваю осознать, что он делает, он наклоняется между моих ног и сдвигает в сторону мои трусики.

Я вскрикиваю от неожиданности, потому что его губы – его горячие, восхитительные губы – оказываются там.

По телу пробегает дрожь. У меня все ноет. Кожа пылает.

— Кэм. О боже. Не останавливайся, это потрясающе, это…

Я издаю стон, как у порнозвезды, когда он скользит пальцем внутрь.

Я на пределе. Мне кажется, что моя грудная клетка опустела, будто все внутренности выскребли, и остались только его язык и звуки, которые он издает, – низкие, сексуальные, грязные и страстные стоны, как будто Кэм не может насытиться моим вкусом, как будто он так же жаждет меня, как и я его.

Когда мои бедра начинают дрожать, а дыхание учащается, потому что я уже близко, так близко к тому, чего хочу, Кэм внезапно отстраняется и нависает надо мной.

Не сводя с меня глаз, он расстегивает джинсы и стягивает их, затем спускает трусы. Я смотрю, как они сползают по его ногам и собираются у лодыжек, и невольно издаю стон вожделения. Он обхватывает ладонью свой торчащий член, не сводя глаз с моего лица.

Я сажусь, отталкиваю его руку, обхватываю его член обеими ладонями и беру в рот.

От его стона я чувствую себя богиней.

Кэм запускает пальцы в мои волосы, пока я сосу его член, одной рукой лаская яйца, а другой поглаживая толстый ствол. Я чувствую себя богиней, когда он ругается себе под нос.

— Черт возьми, этот сладкий ротик, — шепчет он, двигая бедрами. — Обожаю этот рот. Я обожаю…

Он резко вдыхает, когда я принимаю его так глубоко в горло, как только могу.

А затем я оказываюсь на животе, перевернутая молниеносным движением. Кэм поднимает мой зад, подхватив рукой под талию, ставит меня на колени и задирает мое платье. Следующее, что я чувствую – как зубы впиваются мне в ягодицы.

Я потрясенно втягиваю воздух. Мои руки сжимают одеяло в кулаки.

Его теплое дыхание щекочет мою кожу, когда Кэм хрипло произносит: — Хотел сделать это с той самой секунды, как увидел тебя. Ты стояла на пороге моей двери в этом уродливом зеленом свитере, вся такая фигуристая и дерзкая, и требовала, чтобы я сделал музыку потише.

Он кусает меня снова, не настолько сильно, чтобы прокусить кожу, но достаточно, чтобы стало больно, и рычит. Я почти теряю сознание. Во мне бушует адреналин. Я едва могу перевести дух.

Кэм продолжает кусать меня, просовывает руку между моих ног и гладит меня, переходя от одной ягодицы к другой, пока вся моя задница не начинает гореть. Я извиваюсь под его большой рукой, задыхаясь и умирая от желания.

Я умираю. Он точно убьет меня. Он сжимает мой клитор и кусает меня за задницу, а я пребываю в абсолютном раю.

— Я должен снять это платье. — Он нетерпеливо дергает молнию, но у меня нет на это времени.

— Оставь его, — говорю я, задыхаясь. — Просто оставь его и трахни меня.

Мне не нужно повторять дважды. Он выдвигает ящик прикроватной тумбочки. Я слышу шуршание и треск фольги и открываю глаза, чтобы насладиться невероятным зрелищем, как он надевает презерватив на свой большой, великолепный член.

Затем Кэм опускается на колени позади меня и крепко берется за мои бедра. Через секунду он входит в меня, растягивая до предела, так что я задыхаюсь.

Он берет большую прядь моих волос, наматывает ее на запястье, чтобы моя голова откинулась назад, и толкается бедрами, глубоко входя в меня.

Я вскрикиваю. Он снова входит в меня. Я стону от ощущения его большого члена внутри, от его невероятного жара, от запаха его кожи, который я чувствую. Он трахает меня долгими, резкими толчками, одной рукой удерживая меня за бедро, а другой – за волосы, словно на поводке Кэм сильно шлепает меня по заднице. Я смеюсь как сумасшедшая, потому что мне это чертовски нравится.