— Да уж, пусть твои фамильные драгоценности благополучно остаются под юбкой, приятель, потому что у меня слишком хорошее настроение, чтобы справляться с внезапным созерцанием чужого пениса, уж прости.

Кэм приподнимает край килта на пару сантиметров и ухмыляется, поигрывая бровями.

— Уверена? Это событие изменит твою жизнь, обещаю, lass.

Я фыркаю.

— Не сомневаюсь, но у меня нет денег на долгие и дорогостоящие отношения с психотерапевтом, которые потребуются после того, как я увижу тебя голым.

— Ага! Ты признаешь, что это свело бы тебя с ума!

— Я признаю, что уже видела таких, как ты, но раньше для этого мне приходилось покупать билет в цирк.

Он поджимает губы и оглядывает меня с ног до головы.

— Просто облегчи себе жизнь, дорогая, и признай, что ты без ума от меня и до смерти хочешь произвести на свет пару десятков маленьких МакГрегоров.

— У тебя бред.

— Ты безумно влюблена в меня.

— Я безумно тебя недолюбливаю.

— Ты наконец-то поняла, что я и есть настоящий мужчина твоей мечты.

— Я наконец-то поняла, как ты здесь оказался. Кто-то забыл запереть дверь твоей клетки.

Мы ухмыляемся друг другу, пока дурацкий рэп гремит на весь коридор, убивая еще пару процентов моего слуха.

— Выглядишь чертовски довольной, lass. В твоем любимом магазине белья распродажа бежевых бабушкиных трусов?

Даже эта маленькая колкость не омрачает моего хорошего настроения.

— Я просто хотела сказать тебе, что ты гений. Кажется, розы сработали.

Ухмылка стирается с лица Кэма, словно кто-то прошелся по нему ластиком. Он делает шаг вперед, в коридор, вынуждая меня отступить, и смотрит на меня сверху вниз.

— Да? И что было?

Я моргаю, глядя на него.

— Вау. Твоя способность превращаться из безобидного флиртующего человека в серийного убийцу просто невероятна, ты в курсе?

— Не обольщайся. Я никогда не бываю безобидным.

Кэмерон говорит это, глядя мне в глаза, и на его виске пульсирует вена. По моей спине пробегает легкая дрожь. Это не страх, но я не знаю, что это. Честно говоря, я и не хочу знать. Этот парень на волосок от превращения в Халка.

— Ладно, ладно. Ты никогда не бываешь безобидным. Мои поздравления, ты психопат. Кстати, почему у тебя так орет музыка? Ты сказал, цитирую: «Твой пирог в обмен на тишину». Этот оглушительный шум вряд ли можно назвать тишиной.

Он скрещивает руки на груди и смотрит на меня свысока. Честно говоря, когда Кэм так делает, то выглядит довольно пугающе. Теперь я понимаю, почему бицепсы иногда называют «пушками». У этого парня вместо рук – пара гаубиц, заряженных и готовых к бою.

— Тот пирог, что ты испекла мне вчера, оплатил тишину вчера. Хочешь тишины еще и сегодня? Я хочу еще один пирог.

Я возмущенно ахаю.

— Ты этого не говорил! Нельзя менять правила после того, как мы договорились!

— Кэмерон МакГрегор может делать все, что ему заблагорассудится, lass. — Он делает шаг назад и собирается закрыть дверь.

— Стой!

Он смотрит на меня из-под полуопущенных век, ожидая.

— У меня нет ингредиентов для еще одного пастушьего пирога, но…

Кэм захлопывает дверь прямо перед моим носом.

Я колочу в дверь и кричу: — Но я могу приготовить тебе мясной рулет по рецепту моей бабушки, придурок! Он еще вкуснее!

Возникает пауза, затем музыка становится чуть тише. Дверь приоткрывается, и Кэмерон с подозрением смотрит на меня через щель.

— Мясной рулет?

— Да, — цежу я в ярости. — Мясной рулет. Целый рулет, сделанный из мяса. Это чертовски вкусно.

Дверь открывается еще на несколько сантиметров.

— Из какого мяса? — с сомнением спрашивает он.

О, ради всего святого.

— Из индюшиного фарша.

Кэмерон морщит нос совсем как миссис Динвиддл, и мне приходится проглотить рвущийся из горла рык, потому что я очень не хочу слушать его отстойный рэп всю ночь.

— Он воздушный, сочный, и подается с картофельным пюре и подливкой. Ты хочешь эту чертову штуку или нет?

Он делает вид, что задумывается, постукивая пальцем по подбородку, а мне хочется пнуть его по его проклятым фамильным драгоценностям.

— Ладно. — Кэм торжественно кивает. — Я принимаю этот рулет из мяса, который ты предлагаешь. Но если я обнаружу, что ты преувеличила его достоинства, наша сделка аннулируется.

Мои ноздри раздуваются; желание совершить убийство вскипает в венах.

— Я тебе покажу «аннулируется», — бормочу я, поворачиваясь к нему спиной и топая через коридор, от моего счастья не осталось и следа. Я яростно роюсь в сумочке в поисках ключей.

Как только мне удается открыть дверь, музыка резко обрывается, затем хлопает дверь, и Кэмерон МакГрегор протискивается мимо меня в мою квартиру.

Я беспомощно наблюдаю, как он опускается на мой диван и водружает свои огромные босые ноги на мой журнальный столик.

— Нет, МакГрегор. Нет. Выметайся. — Я указываю на открытую дверь.

Он широко и самодовольно улыбается. Закидывает руки за голову, отчего все мышцы на его руках и животе проступают, а татуировки перекатываются.