— Он очень любвеобильный парень. — Кэмерон стоит позади меня в коридоре. По его тону я понимаю, что он изо всех сил старается не рассмеяться. — Практически пришлось отдирать его от себя, чтобы принять душ. Никогда еще ни один кот не проникался ко мне такой симпатией так быстро. Весь в мамочку, я полагаю.
Я отказываюсь поддаваться на провокацию, поэтому молчу. Вместо этого подхожу к кровати и беру мистера Бингли на руки, стараясь не прикасаться к желтым колготкам. Когда я оборачиваюсь, Кэмерон загораживает дверной проем, скрестив руки на груди. Он качает головой.
— Ты ведь не думаешь, что уйдешь отсюда с этим котом, lass, учитывая, что в твоих руках нет пастушьего пирога.
— Твоя одержимость этой едой – это уже патология, ты в курсе?
— Просто… пирог – моя самая любимая вещь на свете. — Он закусывает губы, его плечи трясутся от беззвучного смеха.
— Фу. Продолжай в том же духе и, может быть, когда-нибудь скажешь что-нибудь умное.
Кэм запрокидывает голову и смеется, громко и долго, пока я стою и пялюсь на него, а мистер Бингли пытается вырваться из моих рук, чтобы вернуться на кровать.
— Ладно, юмористка, — говорит он, все еще посмеиваясь. — Новый уговор. Мы пойдем к тебе, пока мой пирог допекается.
Он разворачивается и уходит, небрежно махнув рукой через плечо, когда я кричу ему вслед, что мы ни о чем не договаривались и ему не рады в моей квартире.
Минуту спустя спор теряет смысл, поскольку Кэмерон опускает свою мускулистую тушу на мой диван, закидывает босые ноги на мой журнальный столик, сплетает пальцы на животе и улыбается мне так, будто ждет, что я принесу ему выпить.
— Ты просто невероятен. — Я захлопываю дверь, опускаю кота на пол и сбегаю в безопасную гавань своей кухни. К несчастью, кухня находится в нескольких метрах от гостиной, так что на самом деле я ни в какой не в безопасности.
Вдруг из-за двери раздается голос.
— Уточка? Уточка, ты дома?
Заинтригованный, Кэмерон смотрит на меня.
— Уточка?
— Заткнись, пироговый мальчик, — бормочу я, направляясь к двери. Открыв ее, я обнаруживаю миссис Динвиддл с мартини в руке, на десятисантиметровых каблуках и в длинной норковой шубе поверх ночной рубашки. Бриллиантовая тиара на ее голове слегка сдвинута набок.
— А вот и ты, дорогая! — Она сияет, глядя на меня так, будто выиграла в прятки.
— Здравствуйте, миссис Динвиддл.
Она откидывает со лба тонкую седую прядь, выбившуюся из-под тиары.
— Я просто хотела сказать, что вчерашний вечер был чудесным. Наверное, я говорю тебе это недостаточно часто, но я так ценю, что ты готовишь для меня ужин каждую суббо…
Она замолкает на полуслове, пораженная видом крупного мужчины с голым торсом, который улыбается ей с дивана. Она тут же принимает вид застенчивой дебютантки, хлопает ресницами, пожимает плечами и с приторной любезностью произносит: — Ох, здра-а-авствуйте, молодой человек.
Кэмерон одаривает ее кокетливым кивком, его улыбка настолько яркая, что практически ослепляет. Очевидно, ему совершенно неважно, какого возраста женщины обращают на него внимание, главное – что обращают.
Не отрывая взгляда от Кэмерона, миссис Динвиддл говорит мне.
— Я не думала, что у тебя гости, Уточка. У тебя ведь никогда не бы…
— Он как раз уходил, — громко говорю я, обрывая ее до того, как она успеет выболтать еще какие-нибудь подробности моей жалкой жизни.
— Нет, не уходил. — Кэмерон встает с дивана и вальяжно подходит ко мне, демонстрируя свою самодовольную, раздражающую ухмылку, которая недвусмысленно дает понять, что он собирается отчитать меня за «свидание», которое, по моим словам, у меня было вчера вечером.
— Здравствуйте, я Кэмерон МакГрегор. Рад знакомству. — Он протягивает руку миссис Динвиддл. Вместо того чтобы пожать ее, миссис Динвиддл делает этот жест расслабленной кистью, который можно увидеть в старых фильмах, когда южная красавица хочет, чтобы галантный джентльмен поцеловал ей руку.
И что он делает? Он наклоняется, подносит ее руку к губам и целует ее!
Миссис Динвиддл хихикает, как девочка-подросток, и так яростно хлопает своими накладными ресницами, что я удивляюсь, как они до сих пор не отвалились. Когда Кэмерон выпрямляется и отпускает ее руку, она игриво шевелит пальчиками прямо перед его лицом.
— До чего же вы эффектны! — говорит она, пожирая глазами его грудь.
Кэмерон снисходительно улыбается ей, наслаждаясь ее очевидным восхищением.
— Не знаю насчет этого, мэм, но я точно знаю, что с такой красивой женщиной, как вы, всегда должны обращаться как с королевой.
Я тихо рычу.
— А с уродливыми всегда должны обращаться как с прислугой?
Жеманно улыбаясь Кэму, миссис Динвиддл отчитывает меня: — Он просто сделал мне маленький комплимент, Уточка. Оставь бедного мужчину в покое!
— О, я бы с удовольствием оставила его в покое, — бормочу я. — В полном покое. На необитаемом острове.
Когда миссис Динвиддл хмурится, глядя на меня, Кэм посмеивается.
— Она просто завидует вашему стилю, миссис Динвиддл.
— Нет, я завидую всем, кто с тобой не знаком.
Кэм улыбается мне во весь рот.