Он улыбается мне еще мгновение, затем наклоняет голову на прощание и поворачивается, чтобы уйти. Я смотрю, как он шагает по коридору, его походка легкая и уверенная, осанка гораздо свободнее, чем раньше. И тут меня охватывает ужас.

До корпоративной вечеринки в честь праздников осталось меньше месяца.

Я плюхаюсь в кресло, включаю компьютер и гуглю, как быстро сбросить двадцать килограммов.

ПЯТЬ

К тому моменту, как в воскресенье днем я ухожу с работы, я заканчиваю редактуру рукописи и довожу себя до нервного истощения, ломая голову над тем, как достичь своей новой цели – превратиться в стройную богиню за то время, за которое я обычно только наедаю лишний размер.

Ладно, «богиня» – это, конечно, громко сказано, но я стараюсь мыслить позитивно. Интернет так и пестрит примерами того, как сила мысли побеждает материю на пути к целям, и кто я такая, чтобы ставить под сомнение слова некой SkinnyGirl69, утверждающей, что она потеряла половину своего веса за месяц, сидя на простенькой диете из одного только воздуха?

Так что, по сути, я сажусь на экстремальную диету, состоящую из одного лишь дыхания. Если я не умру, то к Рождеству точно стану худышкой. Звучит как вполне оправданный риск.

До конца дня я больше не видела Майкла, а зайти в зону руководства, чтобы попрощаться, мне банально не хватило смелости. К тому же мне казалось, что наш разговор закончился на такой фантастической ноте, что лучше и быть не могло. И я действительно боялась все испортить, поэтому улизнула, пока судьба не решила, что с меня хватит, и не обрушила здание, вызвав землетрясение.

Я как раз отпираю дверь своей квартиры, когда громкий голос за спиной заставляет меня подпрыгнуть.

— Где мой пирог, lass?

Тьфу ты. Это он. Обернувшись, я бросаю на Кэмерона ледяной взгляд, которым гордилась бы сама Порция.

— Как видишь, я буквально только что вернулась домой. У меня нет волшебной сумочки, из которой появляются пироги.

— Отговорки, сплошные отговорки! Дальше ты скажешь, что в магазине закончилась еда!

Я оборачиваюсь и обрушиваю на него всю свою неприязнь, которая вырывается из моих глаз, словно град пуль.

— Некоторым людям вообще-то приходится работать, чтобы выжить, ясно? У меня не было возможности сходить в магазин за ингредиентами для твоего дурацкого… — Я собираюсь продолжить, но тут замечаю его последний модный выбор и снова теряю дар речи.

Спустя мгновение, в течение которого Кэмерон просто ухмыляется, ко мне возвращается рассудок.

— На тебе что… колготки?

— Ты про это? — Он делает жест руками, как модель на презентации, указывая на свои мускулистые ноги, обтянутые парой ярко-желтых, эластичных, блестящих штуковин. Кажется, их напылили ему прямо на кожу от лодыжек до бедер, не оставляя никакого простора для воображения. Каждая складочка и выпуклость подчеркнуты – особенно выпуклость в паху.

Она нечеловечески огромна. Уверена, он запихнул в эти колготки хобот слона.

— Глаза повыше, дорогая, — тянет он, поймав мой взгляд.

Я так смущена, что готова покончить с собой. Вместо этого я разворачиваюсь и открываю входную дверь. Я собираюсь захлопнуть ее за собой, но Кэмерон кладет на нее свою большую лапу и толкает обратно.

— Ну-ну, не нужно стесняться. — В его голосе слышится смех. — Я и так знаю, как сильно ты меня хочешь, lass. И нет, это не колготки. Это компрессионные легинсы для бега.

Компрессионные? Ха! Они ничего не сжимают!

— Пожалуйста, убери руку с моей двери. — Я произношу это, уставившись в потолок, чтобы мои глаза не начали блуждать сами по себе. Им просто нельзя доверять.

— Я уберу руку с твоей двери, когда ты скажешь, во сколько ужин. Я очень хочу попробовать твой пирог, дорогая.

Я глухо рычу от скрытого подтекста в его голосе; уверена, он так разговаривает с каждой особью женского пола на своем пути. Вот свинья.

— Не называй меня дорогушей! И прекрати говорить о моем пастушьем пироге так, будто это мой… пирожок!

Боковым зрением я вижу, как его брови ползут вверх.

— Твой пирожок? — Кэмерон хлопает ресницами, само воплощение невинности. — Понятия не имею, о чем ты. Я просто пытаюсь узнать, когда я могу рассчитывать на то, что ты мне обещала.

Как по команде, у него урчит в животе. Он указывает на него.

— Видишь? Я умираю с голоду, lass! — Затем он ухмыляется и хлопает себя по животу, который не колышется ни на миллиметр, потому что у этого человека ровно ноль процентов жира.

— Мя-я-яу!

Мы смотрим вниз и видим, как мистер Бингли обвивается вокруг лодыжек Кэмерона, словно пушистый маленький удав. Он мурлычет так громко, будто кто-то завел двигатель.

— Кто это тут у нас? — Кэм улыбается мистеру Бингли, который сияет в ответ и трется мордочкой о блестящую желтую штанину Кэмерона.

Надеюсь, он выпустит когти и наставит затяжек на этой дурацкой ткани.

— Это мистер Бингли.