- Вообще-то, мы останавливались дважды . Он отхлебнул кофе. ‘ Последний раз это было час назад. Кофе будет не горячий, но крепкий и довольно вкусный. Сладкие булочки в дальнем углу, если хотите.’

Джессика открыла кофе, сделала глоток. Бирн был прав. Он был весом в сорок килограммов.

‘Тебе это понравится", - сказал Бирн. Он протянул руку, нажал кнопку на навигационном экране на центральной консоли. Джессика надела очки, посмотрела на показания приборов.

Там было две строчки. Если бы они были в Филадельфии или где-нибудь еще, весь экран был бы заштрихован улицами, бульварами, скоростными автомагистралями, автострадами. Здесь, на северо-восточной оконечности Западной Вирджинии, было две дороги. Одна вела на север и юг. Другая - на восток и запад.

‘Вы когда-нибудь видели этот экран таким пустым?’ Спросил Бирн.

‘Никогда’.

Проезжая по Филадельфии с ее сотней районов и тысячами улиц, Джессике довольно часто приходилось останавливаться, надевать очки для чтения и просматривать экран. Здесь, у черта на куличках, ориентироваться было намного проще.

‘Ты сказал, что мы останавливались дважды", - сказала Джессика.

‘Я заехал в офис шерифа. Там работают только два помощника. На самом деле это скорее аванпост’.

‘Они не видели, как я спал в машине, не так ли? Пожалуйста, скажи мне, что они не видели, как я спал в машине’.

‘Нет. Я припарковался в квартале отсюда. Весь город был всего в пять кварталов длиной, так что мы были практически на окраине’.

‘И ты оставил меня одну в машине? Посреди такого рассадника преступной деятельности?’

Бирн улыбнулся. Джессика снова отхлебнула кофе, затем залпом выпила половину чуть теплой чашки. Ей нужно было взять себя в руки. Она опустила окно, впустив немного холодного воздуха. ‘Что мы узнали из офиса шерифа?’ - спросила она.

‘ Немного. Старшему из двух помощников шерифа было около двадцати пяти, и он сказал, что адрес, по которому мы живем, принадлежал семье Лонгстрит, но там уже довольно давно никто не живет. Он сказал, что нам лучше всего встретиться с женщиной по имени Ида-Рей Мансон, которая живет где-то здесь. Он сказал, что если мы не сможем ее найти, позвонить ему, и он приедет. ’ Бирн поднял свой мобильный телефон. ‘ Я пытался. Пока сигнала нет.

Джессика выглянула во все четыре окна. Во всех направлениях тянулись коричневые холмы, но ни единого жилища.

‘У тебя есть карта?’

‘Нет", - сказал Бирн. Он снова постучал по навигационному экрану. "Здесь все настолько подробно, насколько это возможно’.

Бирн выехал обратно на дорогу. Примерно через милю они подъехали к длинным зарослям справа.

‘Прекрати", - сказала Джессика.

Бирн остановился, попятился. Казалось, в зарослях был проход, который вел к длинной просеке из твердого камня, которая поднималась к гребню холма и переваливала через него.

Джессика посмотрела на Бирна. Когда он подъехал, царапая бока седана о засохшие кусты, она допила кофе и заставила себя проснуться.

Не было никакого способа узнать, что они найдут за этим хребтом.

Дом стоял на невысоком холме, в конце 200-футовой подъездной дорожки. Чем ближе они подходили к строению, тем больше Джессика задавалась вопросом, что удерживало его на месте. Это была трехкомнатная лачуга с крышей, настолько залатанной и оклеенной гудроном, что, казалось, ее могло сорвать в любую секунду. Конек крыши был настолько прогнут, что, казалось, вот-вот треснет. Слева была осыпающаяся труба, еще одна сзади. Из большей из двух труб валил дым. На полях, окружающих хижину, валялись ржавые останки старых грузовиков, печки, автомобильные запчасти. Колодезный насос торчал из земли в конце утоптанной тропы через сорняки.

Джессика и Бирн вышли из машины и направились к дому. Солнце все еще светило, но с холма дул холодный ветерок. Они осторожно ступили на покачивающееся крыльцо. Джессика постучала. Изнутри послышался собачий лай. Это был высокий звук, что было хорошей новостью. Ни у кого, кроме почтовых перевозчиков, не было таких отношений любви / ненависти к собакам, как у полицейских. Это не было похоже на большую собаку — ротвейлера, овчарку или даже старую краснокнижную гончую. В лучшем случае это был бигль.

Дверь открылась, но там никого не было. Джессика посмотрела вниз. Перед ними стоял мальчик лет пяти. У него были светло-русые волосы, подстриженные так коротко, что на голове виднелись красные потертые пятна. На нем были грязные джинсы, по крайней мере, на два размера больше, чем нужно. Они были закатаны почти до его покрытых струпьями коленей. Он был босиком, хотя температура, должно быть, колебалась около двадцати градусов.

‘Привет", - сказала Джессика.

Вместо ответа мальчик залаял. Громко. Сначала Джессика подумала, что мальчик, возможно, крикнул взрослому, чтобы тот подошел к двери, но когда он сделал это во второй раз, у нее не осталось сомнений. Мальчик изображал собаку. По крайней мере, она надеялась, что это была имитация.