Да и я был голоден… зверски голоден. Похоже, сегодняшний ужин сметёт недельный запас провизии, если не больше. И если я не хочу, чтобы ночью во мне проснулся хищник и я кого-нибудь случайно не сожрал, придётся основательно заправиться.

Я начал замешивать пшеничное тесто, медленно, чувствуя, как мука и вода сливаются в упругую, податливую массу. Вообще, когда-то я был сильно удивлен, узнав, что в этом мире, в Китае, выращивают не только рис, но и пшеницу, просо и другие злаки. Да что там — есть даже картофель и другие привычные мне овощи, хоть они пока и не столь распространены...

А сзади меня, устроившись кто где мог, сидела Пятёрка. Их взгляды по-прежнему сверлили спину, но уже без прежнего напряжения, скорее с терпеливым, выжидающим любопытством.

- Так что случилось после того, как вы с Шифу ушли? - не выдержал Обезьяна, нарушив повисшую тишину. Он сидел ближе всех ко мне на табуретке, болтая ногами, и весь его вид выражал интерес.

Я даже обрадовался негласному приглашению рассказать. Говорить было проще, чем молчать. Отложив тесто «отдыхать», я принялся раскатывать пласт уже готового, и под ровный, убаюкивающий звук скалки начал:

- Ну… значит, дело было так. Вышли мы из деревни, пошли лесом…

Тесто тонко растягивалось, становясь почти прозрачным, а я тем временем описывал бамбуковую чащу, разговор о балансе и… столб дыма на горизонте. Все внимательно слушали. Даже Тигрица, стоявшая в стороне, перестала смотреть в стену и развернула ушную раковину в мою сторону.

- …а потом этот тип, Росомаха, выскочил из зарослей...

Я взял нож и начал нарезать лапшу — ровные, тонкие полосы ложились на доску, а я тем временем делился подробностями боя. Не приукрашивая, но и не умаляя. Рассказал про уловку с камнями, про то, как зажал его на собственном теле... И на финальном аккорде с «вертолётом» запнулся.

Ну не говорить же им про это. Не поймут... Или поймут? В историях из моего прошлого мира древние китайцы славились как большие затейники в вопросах наказаний. Колесо, бамбук... Кто знает, может, «вертолёт» тут сочтут вполне традиционным приёмом?

- Ээээ... и я его просто отправил в нокаут, - выдавил я, сосредоточенно водя ножом по тесту.

В воздухе повисла пауза, которую нарушила Гадюка. Её голос теперь звучал не с прежним раздражением, а со сдержанным, аналитическим интересом:

- Ладно... а по поводу встречи с Угвеем? Он посвятил тебя в какую-то проблему, и после этого ты решил устроить себе пытку? Зачем? И правда думаешь, от этого станешь сильнее?

- Насчёт «общей проблемы» - не скажу, - ответил я, откладывая нож. - Спросите лучше мастера Угвея. Он обещал сегодня подойти... Не знаю, секрет это или нет, так-то мне не запрещали говорить... - Я вздохнул и потёр переносицу. - А вот насчёт «стану ли сильнее»... Уверен, что да. Результаты-то прогресса налицо. Но знаете, если бы не эта ваша ци, всё было бы нормально.

Мои слова не очень‑то убедили Гадюку, да и остальные сверлили меня взглядами.

- Ну ладно‑ладно, - сдался я под её неотрывным взглядом, отводя глаза. - Извините все, если заставил волноваться. Но обещать не повторять подобного я не могу. Ибо таков мой путь. Это всё равно что... запретить Журавлю парить, Гадюке извиваться, Богомолу носиться со скоростью молнии, Обезьяне выполнять... акробатические трюки, а... э-э-э... Тигрице... - я встретился с её холодным, тяжёлым взглядом. - ...быть Тигрицей.

- Значит, просить тебя не делать этого - бессмысленно? - прошипела Гадюка, щуря глазами. - Тогда в следующий раз мы проследим за тобой. И не дай бог ты выкинешь что‑то подобное… почувствуешь на собственной шкуре.

Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки, но постарался сохранить спокойный вид.

- А разве вы не проходите через то же самое? - произнёс я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Я вообще-то думал, что у вас тренировки всегда так и проходят - только боль, пот и ничего больше.

- Только под контролем Мастера Шифу, - поправила Гадюка. - И никто не доводил себя до такого… разве что… - она бросила короткий, красноречивый взгляд на Тигрицу.

Та лишь слегка повела плечом, не опровергая, но и не подтверждая. Похоже, в её прошлом и впрямь было что-то подобное.

- А-а-а… - я протянул, чувствуя, как моё представление о мире трещит по швам. - А я-то думал, вы тут все… как бы это выразиться… любители боли… А выходит, что я тут единственный ненормальный. Чудесный день для открытий, блин.

От Пятёрки послышались сдавленные смешки. Журавль прикрыл клюв крылом, а у Обезьяны задрожали плечи.

Я отвернулся, внезапно ощутив лёгкое смущение, и продолжил:

- А вообще не стоит так уж за меня переживать. В следующий раз буду осторожнее - и Шифу присмотрит. Я вообще не думал, что вы за меня… станете так сильно переживать. Знакомы-то мы всего ничего.

- Мастер Шифу чётко сказал, что ты - часть Нефритового Дворца, - произнёс Богомол, и его спокойный, пронзительный голос прозвучал удивительно весомо. Он выпрямился, принимая почти формальную позу. - А значит, теперь и часть нашей семьи. А семью… мы не бросаем и бережём - даже от неё самой.