- Пока да, - ответил я уже серьёзнее. - Вчера вся Долина видела, как меня объявили Воином Дракона. К вечеру об этом наверняка уже половина окрестностей знала, а через пару дней новость разнесётся ещё дальше.

- И что с того? - нахмурился отец.

- Найдётся кто-нибудь, кому захочется проверить, какой из меня воин. А я даже защищаться толком не умею.

Он задумчиво постучал половником по краю кастрюли, после чего поднял на меня взгляд.

- Мы можем уехать. Откроем новую лапшичную где-нибудь подальше. Даже лучше прежней! Я давно хотел кухню побольше, а тебе сделаем просторную комнату.

- Пап, если кому-нибудь действительно приспичит найти Воина Дракона, новая вывеска над лапшичной его вряд ли остановит, - спокойно заметил я.

- Тогда уедем очень далеко, - упрямо возразил отец.

- И будем переезжать каждый раз, когда кто-нибудь узнает, где я живу?

Отец недовольно поджал клюв и отвёл взгляд. Я немного помолчал, давая ему обдумать сказанное, а потом продолжил уже спокойнее:

- Мне самому всё это не особо нравится. Но если здесь могут научить меня защищаться, лучше хотя бы попробовать. Тем более неприятности теперь могут прийти не только ко мне.

Отец посмотрел на меня внимательнее.

- Ты обо мне переживаешь? - уже тише спросил отец.

- Нет, конечно, - как можно беспечнее ответил я. - Просто боюсь за половник. Хороший всё-таки.

- По!

Я усмехнулся и положил лапу ему на плечо.

- Всё нормально, пап. Правда. Если пойму, что здесь совсем дурдом, соберу вещи и вернусь. Но пока хочу посмотреть, чему меня собираются учить.

Отец ещё немного поворчал, напомнил, что дома меня ждали нормальная еда и собственная кровать, и снова предложил хотя бы подумать о переезде. Я терпеливо выслушал его и пообещал, что при необходимости мы ещё вернёмся к этому разговору. В конце концов он нехотя сдался.

- Хорошо. Но домой заходи. И ешь нормально, а то знаю я тебя: как увлечёшься своими упражнениями, так обо всём забываешь.

- Буду заходить, пап. И есть тоже буду.

- Вот и начни, - велел он, указывая на кастрюлю. - Хотя бы половину съешь.

Я оценил объём предстоящей работы и серьёзно кивнул.

- Постараюсь не опозорить семью, - торжественно пообещал я.

Это его наконец удовлетворило. Поправив халат, отец ещё раз напомнил, чтобы я не забывал дорогу домой, и направился к краю площадки. Затем спокойно расправил крылья, несколько раз взмахнул ими и поднялся в воздух.

Я проводил его взглядом, только теперь сообразив, что вопрос про лестницу был несколько преждевременным.

«Ах да. Он же летать умеет».

Почему-то за почти двадцать лет совместной жизни эта мелочь всё равно периодически вылетала у меня из головы.

На востоке небо уже посветлело. Скоро должно было взойти солнце, а вместе с ним — проснуться мои новые соседи. Я посмотрел на оставленную отцом кастрюлю и задумчиво потёр подбородок.

«Если собираюсь налаживать отношения с Пятёркой, почему бы не начать с завтрака?»

Вчера Гадюка мимоходом упоминала, что готовили они сами и дежурили по очереди. Насколько хорошо — я не знал, но после стольких лет в лапшичной кое-какой опыт имелся и у меня. Оставалось найти кухню и придать отцовским пельменям аппетитную хрустящую корочку.

«Надеюсь, масло у них есть. Ну а если никто не заинтересуется, тем лучше — больше пельменей достанется мне».

С этой вполне утешительной мыслью я подхватил кастрюлю и направился к казарме.

Кухня нашлась довольно быстро. Я поставил кастрюлю возле печи и осмотрелся: посуда, несколько сковород, специи и, к моему облегчению, небольшой кувшин с маслом — всё необходимое было под рукой. Разведя огонь, я поставил греться самую большую сковороду и вскоре выложил первую порцию пельменей.

По кухне поплыл запах жареного теста и овощей. Пельмени покрывались золотистой корочкой, а желудок всё настойчивее напоминал, что после утреннего купания получил только кусок бамбука. Пришлось пожертвовать парой штук, чтобы спокойно дожарить остальные.

Я как раз переворачивал очередную партию, когда за спиной открылась дверь. На пороге появилась Неистовая Пятёрка и остановилась, разглядывая меня у плиты.

- Доброе утро, - поздоровался я, продолжая орудовать лопаткой. - Руки мыли?

- Ты готовишь? - первым нарушил молчание Обезьяна.

- А на что похоже? - Я оглянулся на него через плечо.

- Просто не ожидал застать тебя у печи, - признался он, подходя ближе.

- Я тоже много чего здесь не ожидал, - отозвался я и кивнул на стол. - Тарелки берите, на всех хватит.

Гадюка проползла к печи и приподнялась, с интересом разглядывая содержимое сковороды.

- Пахнет очень вкусно. Ты сам их приготовил? - спросила она.

- Пельмени отцовские, я только обжариваю. Он сегодня ни свет ни заря притащил целую кастрюлю.

- Твой отец приходил во дворец? - удивилась Гадюка.