По задумчиво потёр затылок. Возможность встретить умельца, которому чужие кости ломать интереснее, чем постигать гармонию, выглядела вполне правдоподобно. Особенно если этот умелец услышит о новом Воине Дракона.

‐ И долго мне учиться, чтобы от такого отбиться? ‐ спросил он уже без усмешки.

‐ Это зависит не только от тебя, но и от того, с кем придётся встретиться, ‐ ответил Шифу. ‐ Сила у тебя есть, однако пока ты не умеешь ею пользоваться в бою.

‐ Но если всё-таки попаду, мало ведь не покажется? ‐ заметил панда.

‐ Ты можешь поднять тяжесть или разбить тренировочный снаряд, ‐ неторопливо пояснил мастер. ‐ Противник же будет двигаться, защищаться и искать твои слабости. Он не станет ждать, пока ты удобно встанешь и приготовишься ударить. Тебе предстоит научиться держать равновесие, правильно переносить вес, вовремя уклоняться и отвечать на удары.

‐ Вот с уклонением у меня вчера как-то не сложилось, ‐ невесело усмехнулся По, поёрзав на ступени.

‐ Значит, с этим и будем работать, ‐ ответил Шифу. ‐ Но сначала…

‐ Мастер Шифу! На нас напали! ‐ донёсся с лестницы заполошный крик.

На площадку вбежал запыхавшийся служитель — невысокий поросёнок в синей мантии. Придерживая лапой одежду, он торопливо преодолел последние ступени и остановился перед наставником.

Шифу резко развернулся к нему.

‐ Кто?! ‐ потребовал он так, что служитель невольно выпрямился.

‐ Да какой-то стрёмный мужик с половником! ‐ выпалил тот, потирая лоб. ‐ Требует вернуть ему сына и никого не слушает!

Служитель опустил лапу, открыв припухший след от удара. На лбу проступала зеркальная надпись: «Любимому отцу». По сразу узнал собственный подарок. Кто же знал, что отец найдёт ему и такое применение.

Несколько мгновений Шифу молча смотрел на служителя, затем медленно повернул голову к панде.

По неловко кашлянул и поднялся со ступени.

‐ Кажется, это ко мне, ‐ признался он, стараясь не встречаться с Шифу взглядом.

Глава 7 - Разговорная

Шифу, узнав, кто именно устроил переполох у ворот, только устало прикрыл глаза.

- Иди разберись со своим отцом, панда. Потом позавтракаешь и вместе с остальными явишься на тренировочную площадку, - сухо распорядился он.

- А завтрак до или после семейного скандала? - обречённо уточнил я.

- Это уже зависит от тебя, - невозмутимо ответил Шифу и отвернулся, явно считая разговор оконченным.

Я поспешил за служителем — невысоким поросёнком в синей мантии, который по дороге продолжал осторожно ощупывать лоб. До ворот было недалеко, и вскоре впереди послышался знакомый возмущённый голос:

- Я его отец! Как это я не могу пройти к собственному сыну?!

Возле лестницы обнаружился отец в окружении нескольких растерянных служителей. Он размахивал половником, заставляя их держаться на почтительном расстоянии, и, судя по всему, был готов в одиночку брать Нефритовый дворец штурмом.

- Пап? - окликнул я.

Он тут же обернулся, и возмущение на его морде сменилось радостью.

- По! Сынок!

Отец бросился ко мне и прижался к животу, пытаясь обхватить его крыльями.

- Наконец-то! Кузнец вчера передал, что ты остался во дворце и с тобой всё хорошо, но я всё равно всю ночь места себе не находил! - выпалил он, а затем отстранился и принялся осматривать меня со всех сторон. - Что они с тобой сделали? Тебя били? Морили голодом? Заставляли спать на камнях? Где больно?

Я уже собирался его успокоить, но после такого перечня невольно замялся.

«Надо же, почти идеальное попадание».

- Да всё нормально, пап. Никто меня здесь не морит и не издевается.

Будто решив немедленно выставить меня лжецом, живот громко и протяжно заурчал. Отец опустил на него взгляд, затем медленно посмотрел мне в глаза.

- Никто не морит? - с подозрением переспросил он.

- Это клевета со стороны организма, - невозмутимо заявил я.

- По! - возмутился он и тут же потянул меня к кастрюле. - Я так и знал, что тебя здесь нормально не кормят. Поэтому с утра быстренько сварил тебе пельмешек.

Я посмотрел на эти самые «пельмешки», потом на кастрюлю, доходившую отцу почти до груди, а затем перевёл взгляд на уходившую далеко вниз лестницу.

«Он это сюда сам притащил?..»

- Пап, там примерно тысяча ступеней, - заметил я, всё ещё разглядывая кастрюлю.

- И что? - спросил он, приподнимая крышку.

- Да ничего, - хмыкнул я. - Просто начинаю лучше понимать, в кого я такой здоровый.

Отец довольно расправил перья.

- Семейное.

Я помог подвинуть кастрюлю к стене, освобождая проход, и принялся объяснять, почему пока не собирался возвращаться домой. Про вчерашние тренировки и утреннее испытание благоразумно умолчал: половник отец всё ещё держал наготове, а давать ему новые поводы для штурма не хотелось.

- Значит, ты остаёшься? - переспросил он, выслушав меня.