Через некоторое время вопросы пошли по второму кругу. Богомол продолжал следить за реакциями пленника, Росомаха вспоминал одни и те же места и морды, а Шифу терпеливо проверял каждую оговорку. Я уже перестал понимать, какие из них важны, и только следил, чтобы собственный зевок не оказался громче ответа пленника.

Судя по всему, больше пользы было бы от кого-нибудь из старших членов гильдии. Если, конечно, поймать его живым, прежде чем он успеет сбежать, предупредить остальных или устроить какую-нибудь пакость напоследок. Вот только для начала этого старшего ещё надо было найти. Сам же он к нам в руки не полезет... не полезет же?

Да и я сильно сомневался, что с проблемой по имени Тай Лунг, нависшей над Нефритовым дворцом, Шифу сейчас лично полезет в такую авантюру. Скорее уж отложит это до тех пор, пока на горизонте не перестанет маячить его приёмный сын, способный разнести всю Долину Мира.

Когда под конец Богомол начал вытаскивать из Росомахи иглы, я окончательно решил, что моя польза для общества на сегодня исчерпана, и тихо свалил из камеры.

Дожидаясь остальных и убедившись, что на меня никто не смотрит, я подобрал подходящий камушек и нацарапал на стене пару строчек. Смысл вышел примерно такой: «Люблю волосатых мужиков, которые обмазываются маслом».

И нет, это не было признанием. Я сделал это исключительно ради прикола. А чтобы будущие читатели окончательно сломали себе голову, рядом добавил пафосную фразу про укрепление тела, очищение духа и путь к внутренней гармонии.

Нет, я, конечно, мог бы повести себя как какой-нибудь типичный яош: сунуться в первую же подозрительную дверь и обязательно найти приключений на задницу. Может, даже откопать кучу древних артефактов и сокровищ, которые по законам жанра нужно было бы немедленно закрысить, спрятать подальше, а потом с честными глазами делать вид, что я вообще ни разу не вор.

Но не, это было не по моей части. Да и день и без того выдался слишком насыщенным.

Поэтому я просто дождался Шифу с Богомолом. А потом мы без происшествий наконец-то выбрались наружу.

После духоты подземелий, запаха сырого камня, пыли и тюремной вони ночной воздух казался почти волшебным. Небо над Нефритовым дворцом было тёмным и чистым. Между редкими облаками холодно мерцали звёзды, горы вокруг стояли чёрными неровными силуэтами, а где-то внизу, в Долине Мира, едва заметно теплились последние огоньки.

Шифу быстро и без лишних слов ушёл по своим делам — скорее всего, на сходку к Угвею и мастеру Носорогу, — а нам с Богомолом оставалось только добраться до казармы и разойтись по комнатам. Лично мне сейчас хотелось только одного: добраться до своей комнаты, лечь, а вернее — сесть спать, сделав максимально одухотворённую морду, чтобы все, а особенно одна полосатая особа, уже посягавшая на мою спящую тушку, думали, что я не сплю.

Мы с Богомолом уже почти добрались до казармы, когда из-за поворота, как чёрт из табакерки, выскочил Тао-Тай.

У бородавочника под глазами залегли тёмные круги от недосыпа, одежда была местами заляпана маслом, а из-за пояса торчало столько инструментов, что Тао-Тай начинал напоминать ходячую тумбочку.

При этом усталым он не казался. Скорее наоборот: глаза у него горели нездоровым энтузиазмом и каким-то неприятным блеском. И, что самое «приятное», смотрел он именно на меня.

Мне сразу захотелось сделать шаг назад и спрятаться за Богомолом. Что, учитывая его размеры, выглядело бы довольно смешно.

‐ О, вот ты где! ‐ резко бросил Тао-Тай, ткнув в меня копытом. ‐ А я тебя по всему дворцу ищу!

Я медленно поднял бровь.

«Ну да, а чего ещё было ожидать? Надеюсь, хотя бы опыты ставить не будет».

Вслух же я уточнил:

‐ Меня? И чем же я вам понадобился?

‐ Конечно, тебя! ‐ Тао-Тай даже возмутился, будто сама возможность искать ночью кого-то другого оскорбляла здравый смысл. ‐ Мне срочно нужны рабочие лапы. Сын уже выдохся и уполз отсыпаться, слуги к кузнице ближе чем на десять шагов подходить отказываются, а ремонт сам себя не сделает.

Я уже открыл рот, чтобы возмутиться и спросить, не может ли это подождать до утра, но договорить не успел.

‐ К тому же именно ты буквально отправил одно из моих детищ в состояние глубокого технического переосмысления, ‐ припомнил он, произнеся это обиженно и с явным нажимом. ‐ Так что считай это редкой возможностью хоть немного отработать нанесённый ущерб.

‐ Там всё было не совсем так… ‐ буркнул я и вовремя прикусил язык. Очень хотелось добавить, что это не я такой разрушительный, а чужие механизмы хрупкие, но проверять, как этот гениальный псих отреагирует на подобное техническое замечание, я не стал.

‐ Разумеется, верю, ‐ отмахнулся Тао-Тай с таким видом, будто не поверил ни единому слову. ‐ А теперь хватит изображать столб и пошли в кузницу, пока там окончательно не встала работа, которая давно должна была идти полным ходом.