Под напряжённым взглядом Тигрицы и обречённым взором Панды существо приблизилось, остановившись в пяти метрах от них. Незнакомец был скрыт просторным тёмным балахоном. Из-под глубокого капюшона виднелась лишь тьма, и лишь один мощный рог, выступавший из складок ткани, не оставлял сомнений: перед ними был носорог.

‐ Кто ты и что тебе нужно? ‐ громко и холодно спросила Тигрица, застыв в низкой стойке.

В голове у Панды тем временем уже нарастала та самая зловещая музыка, что обычно звучала во время босс-файтов. Ему даже померещилось, будто над носорогом возникли три полоски здоровья и значок «БОСС. ПОПА-РАЗРЫВАТЕЛЬ. 999 Lv.». Он расставил ноги, как показывал Шифу, пристроил молот сбоку и, демонстративно оглядев оружие, язвительно добавил:

‐ Ну и заодно... Может, сразу уточнишь, каким концом тебе запихать твой «подарочек» прямо в пятую точку?

Носорог не ответил. Он лишь медленно поднял лапу, указывая на Панду. В тот же миг конечность окуталась золотой трепещущей дымкой, а из молота ударили разряды, в десятки раз сильнее предыдущих.

И Панда мгновенно пожалел, что взял в руки этот проклятый молот. Если раньше удары током были терпимы, то теперь он почувствовал себя в точности как тот самый алкаш, сунувшийся за медью в высоковольтный трансформатор. Всё тело сковала невыносимая судорога, выворачивающая мышцы изнутри. Молот яростно задёргался в его руках, но сковывающая всё тело конвульсия не позволяла разжать пальцы — даже если бы он того захотел. Он не мог пошевелить ни пальцем, ни сведённой в немом оскале челюстью.

Разряды усилились точно в тот момент, когда лапу незнакомца окутала золотая дымка. Тигрица поняла: он управлял оружием через ци. Рассчитывать, что без молота он окажется беспомощен, не стоило. Пока Панда содрогался в электрических тисках, она уже рванула вперёд. Короткий разгон, мощный толчок — и она взмыла в воздух по прямой траектории. Вся сила броска собралась в вытянутой лапе; когти мчались к горлу противника, готовые разорвать плоть.

Носорог отреагировал на угрозу, даже не сместив центр тяжести. Его свободная лапа взметнулась навстречу атаке быстрым, отточенным движением. Предплечьем он встретил её лапу не в лоб, а по касательной, минимальным усилием отведя смертоносную атаку в сторону.

Тигрица, вся в импульсе броска, почувствовала, как её удар скользнул в пустоту, а собственное тело, лишённое опоры, понеслось в неуправляемом вращении. Но она была готова. Она не сопротивлялась вращению, а использовала его, позволив силе развернуть себя, и в тот же миг, оказавшись почти боком к противнику, выпустила второй удар, нацеленный в щель капюшона, в тёмную область глаз.

Однако удар Тигрицы рассёк лишь пустоту. С неестественной для его массивности ловкостью носорог отклонил корпус назад, даже не отвлекаясь от Панды, и лезвие когтей прошло в сантиметрах от капюшона, не встретив ничего, кроме воздуха. Его уклонение мгновенно перетекло в контратаку: опираясь на мощную заднюю ногу, он совершил короткий взрывной разворот на месте и выбросил вторую ногу вперёд.

Тигрица, мгновенно оценив ситуацию, решила пустить в ход выверенный приём: использовать удар противника как опору для отскока, чтобы, уйдя от основной силы, нарушить его устойчивость.

Но её расчёт не оправдался. Движение было исполнено безупречно, однако вместо упругого толчка её отбросило в неконтролируемый полёт, а ноги пронзила жгучая боль. Перекувырнувшись в воздухе, она грузно приземлилась в нескольких метрах на четвереньки, оставив в земле рваные следы.

Её взгляд, острый и холодный, мгновенно нашёл цель. Носорог неспешно приближался к Панде, не прекращая насылать разряды.

Тигрица не могла позволить ему добраться до обездвиженного Панды. Пока незнакомец почти не нападал первым: принимал удары, отводил их в сторону и сразу отвечал. А молот тем временем держал второго противника на месте. Нужно было заставить носорога отвлечься.

Она рванула с места на четвереньках и в мгновение ока оказалась за спиной противника. Закрутившись в стремительном вихре, Тигрица сходу обрушила на него главные приёмы своего стиля. Носорог развернулся и встретил их, теперь используя обе лапы и работу ног, — с той же пугающей лёгкостью. Казалось, её удары, скользя по его блокам, теряли резкость и мощь, словно сила растекалась впустую. Она меняла высоту, заходила сбоку, а ему хватало короткого поворота или шага. В этой манере принимать атаки ей тоже почудилось что-то знакомое, но времени разбираться не было.

Панда же во время скоротечной схватки оставался беспомощным наблюдателем, вынужденным терпеть выжигающую боль и следить за мелькавшими на пределе восприятия движениями. Наконец он почувствовал, что разряды начали слабеть. Ноги снова слушались, хотя пальцы по-прежнему судорожно стискивали рукоять. Он упёрся в землю, подхватил тяжесть молота всем телом и напрягся до предела. Мышцы вздулись буграми, по телу прокатилась горячая волна, обострив все чувства. В следующее мгновение он уже рванул вперёд, обрушивая на противника ненавистное оружие.

В тот же миг тело носорога вспыхнуло синим свечением. Проигнорировав атаку Тигрицы, он ударом ноги отправил её в новый полёт и, не прерывая движения, развернулся навстречу Панде, скрестив предплечья перед собой.