‐ Ладно, а что же такого обо мне по стране болтают, что вы решили меня проверить в деле? ‐ спросил я со смесью интереса и подозрения, делая шаг к телеге и кивком предлагая остальным двинуться в путь. Они последовали за мной, и я добавил: ‐ И с чего вы взяли, что эти слухи — не ложь? Что я не склею ласты от первого же удара?

Прежде чем начать отвечать, Носорог приманил свой молот. Оружие легло в его руку, и светящиеся узоры на нём погасли. Только тогда он повернулся к нам и бросил, как о чём-то само собой разумеющемся:

‐ Я видел, что ты переживёшь первый удар, ‐ спокойно ответил он. ‐ А дальше следил, чем обернётся каждый следующий. Это ведь не были удары вслепую.

Я остановился и уставился на него. Тигрица тоже подняла голову, и Носорог пояснил:

‐ Вместе с внутренним покоем ко мне пришло умение видеть на пару секунд вперёд. Не на века, как у некоторых великих мастеров, но для схватки и этого хватает. Я вижу, что произойдёт, прежде чем удар достигнет цели, и успеваю изменить движение.

«Ну, понятно, очередные читы», — мелькнуло у меня.

Он сделал короткую паузу, и в его голосе зазвучали пафосные, торжественные нотки:

‐ Что до слухов… В народе шепчутся. Говорят, будто в Нефритовый дворец явился воин, какого ещё не рождала земля. ‐ Его голос стал громче, набирая мощь. ‐ Словно гром среди ясного неба, он снёс врата, веками считавшиеся неприступными, и, дыша огнём подобно настоящему дракону, забрал титул не по канонам мастерства, а по праву неукротимой силы. А после встал на защиту слабых и угнетённых — в праведной ярости растерзав целую орду разбойников, дабы освободить из их гнусных лап похищенных детей.

‐ Да вы что? И в это кто-то верит? ‐ фыркнул я в ответ, приподняв бровь.

Тем временем мы добрались до телеги, и я уже принялся грузить упавшие ранее продукты обратно. Некоторые ещё можно было спасти, приготовив сегодня же. Другие, к счастью, не пострадали и вовсе.

‐ О, да ты и представить не можешь, насколько порой народ доверчив! ‐ оживился на мои слова Носорог. ‐ Слухи — они как снежный ком: катятся, обрастают небылицами, но в основе всегда правда есть. И знаешь, что обиднее всего? ‐ сделал он обиженное лицо. ‐ Нам, Совету мастеров, даже весточку не прислали, что Мастер Угвей официально избрал первого Воина-Дракона за всю историю кунг‑фу! А нам, между прочим, это очень интересно, и многие бы ринулись сюда, да ситуация не располагает…

Он хитро прищурился и продолжил:

‐ А вот как отреагировали эти выскочки из Оникса...

С этих слов разговор неожиданно свернул к местной политике, а в частности — к Совету Священного Оникса. Я вытащил из-под телеги помятый мешок с картошкой, проверил, не порвался ли он, и закинул обратно. Носорог тем временем рассказывал, как они пытались протащить через императора идею пышного турнира боевых искусств. Победитель, разумеется, должен был получить титул Воина-Дракона.

‐ Но ведь избрать его должен мастер Угвей, ‐ нахмурилась Тигрица.

‐ Это мастеру Угвею известно, что должен, ‐ усмехнулся Носорог. ‐ А у Оникса на этот счёт нашлись свои соображения. С чиновниками они уже договорились: те принялись выделять бюджет и рассылать приглашения. Вот только сильнейших мастеров кунг-фу позвать почему-то забыли.

«Удобно. Главное — заранее решить, кто тут сильнейший, а остальные пусть дома посидят».

Я поднял рассыпавшиеся свёртки и стряхнул с них пыль. Носорог помог уложить последний мешок и продолжил:

‐ Окончательного согласия императора они так и не получили. Он медлил с ответом, а тут пришла весть, что Угвей уже избрал Воина Дракона. Члены Совета сразу засуетились, созвали экстренное собрание и принялись спорить, как им на это реагировать.

«То есть меня. Выходит, сорвал людям весь турнир, даже не зная, что его собирались проводить. Талант, хрен ли».

‐ И до сих пор совещаются? ‐ спросил я.

‐ Уж поверь, им есть о чём поговорить, ‐ сухо ответил Носорог. ‐ Жаль только, что у страны сейчас хватает забот и без их турнира.

Когда с продуктами было покончено, мы двинулись к подъёмнику. Разговор постепенно перекинулся на положение дел в империи, и к тому времени, как платформа поползла вверх, от прежней весёлости Носорога мало что осталось.

Вся эта вакханалия с бандитами, начавшаяся на подступах к Долине Мира, к этому дню расползлась уже по всему Китаю. Причём стремительно — буквально за неделю всякая шваль повылезала из своих нор. Набравшись наглости, они перешли от грабежа деревень к нападениям на целые города и даже к штурмам тюрем.

Я покосился на Тигрицу. Та стояла у края платформы, уже не придерживая вылеченную лапу, и слушала с таким лицом, что перебивать расхотелось.

На этой волне правители провинций выбили у императора разрешение снять старые ограничения на личные войска. После последней войны кланов такие армии почти полностью упразднили, а теперь местным правителям снова позволили их собирать. Основные силы имперской армии тем временем перебрасывали к восточным рубежам: соседи начали проявлять подозрительную активность, чего не случалось десятилетиями.

‐ А Совет мастеров? ‐ спросила Тигрица.