Повисла короткая пауза, за время которой, как мне показалось, Шифу успел мысленно перебрать все возможные пути отступления и признать каждый бесперспективным.

‐ Благодарю, мастер Пан, но я уже ужинал...

‐ Я сказала ‐ не обсуждается, ‐ тут же перебила она. ‐ Ты и так редко ко мне заходишь, будто питаешься воздухом и медитацией. А потом удивляешься, откуда эти торчащие рёбра. Или ты хочешь, чтобы поговаривали, будто даже мастер Шифу отвернулся от моего супа?

Послышался короткий, безоговорочно капитулирующий вздох.

Через несколько секунд две пары шагов начали удаляться в сторону кухни, унося с собой последние остатки учительского авторитета Шифу.

Я ещё немного посидел в кустах, пытаясь осмыслить увиденное.

«Что за чертовщина? Голос молодой, а Шифу она называет “юным”. Угвей уже добровольно сидит у неё на кухне... И этот тыквенный суп ещё. Бр-р».

И тут я вспомнил, как Угвей когда-то взял с меня слово не распространяться о нашем совместном ужине.

Некоторые детали вдруг начали понемногу складываться.

«Ладно. Пора валить, пока меня тоже не заметили».

Я покрепче перехватил корзину и тихо двинулся по указанной Шифу тропинке.

Глава 34 - Общительная

Быстренько отнеся продукты в казарму и прихватив чистый комплект одежды, я направился в купальни. Теперь, стоя под струями почти обжигающе горячей воды, я усердно соскребал с шерсти въевшуюся пыль грубым куском мыла с резким травяным запахом. Изнутри доносились приглушённые голоса и всплески воды — остальные уже наслаждались горячим источником. Я собирался присоединиться к ним, как только приведу себя в более-менее презентабельный вид.

В голове тем временем понемногу укладывались итоги дня.

И больше всего удивляло, как быстро я учился. Умным себя никогда не считал — скорее уж тупым, а тут за один день разученные движения начали получаться даже в спарринге. Коряво, с ошибками, но уже без постоянных подсказок, куда девать локоть. Да ещё впервые удалось удержать нужную слаженность без утяжелителей. Шифу, правда, только похвалил, указал на ошибки и продолжил учить, словно всё шло своим чередом. Видимо, для него ничего особо удивительного в этом не было. Ну и ладно, мне-то результат нравился.

Вдовесок ещё и «Железные копыта» достались. Теперь они совершенно законно лежали в моей комнате, что радовало ничуть не меньше успехов в кунг-фу.

Но какой ценой… Ценой психики и спокойствия.

Тело тоже просило отдыха. Мышцы понемногу начинали напоминать о себе, царапины на груди щипало от мыла, а гул в голове ещё не прошёл. Но под горячей водой наконец получилось перестать разбирать каждый пропущенный удар. Я просто отмывался, изредка ковыряя застрявшую в шерсти каменную крошку, и уже от одного этого становилось легче. На сегодня с тренировками точно стоило завязывать и хорошенько выспаться.

Всё-таки такими темпами и в могилу себя загнать недолго.

Закончив мыться, я перебрался в общую купальню — в мужскую её часть, разумеется. Сквозь густой пар виднелись Обезьяна, растянувшийся у бортика, и Журавль, устроивший длинные ноги так, чтобы никому не мешать. Богомол отмокал в небольшой чаше на плоском камне рядом с ними. Судя по закрытым глазам и довольной морде, беспокоить его сейчас следовало только по очень серьёзному поводу.

Я осторожно опустился в воду. Она тут же поднялась выше, заставив Обезьяну приоткрыть глаз и убрать лежавшую на бортике лапу.

‐ Ты хотя бы предупреждай, когда заходишь, ‐ пробормотал он.

‐ Хорошо. В следующий раз объявлю прилив.

Я устроился поудобнее и несколько минут честно пытался заниматься ничем. Получалось неплохо, пока мысли опять не вернулись к Тигрице. Случай выдался подходящий: можно было побольше узнать о товарищах и заодно осторожно прощупать почву насчёт этой полосатой психопатки. Начать, разумеется, следовало издалека.

‐ А чем вы тут вообще занимаетесь, когда никого не бьёте? Свободное время у вас хоть бывает?

Обезьяна повернул голову и скорчил театрально-скорбную гримасу.

‐ Увлечения? Отдых? Брат мой, обучение кунг-фу и есть сплошное хобби! Утренние спарринги, обеденные спарринги, вечерние…

На словах «брат мой» я невольно напрягся, но быстро убедился, что он просто дурил. С таким выражением морды в подвал обычно не заманивали.

‐ Ты ещё ночные добавь, ‐ заметил Журавль. ‐ А то По подумает, что после ужина у нас совсем нечем заняться.

Я посмотрел на Обезьяну со скептическим видом, в котором ясно читалось: «А не звездишь ли ты, часом?»

‐ Ладно, ладно, ‐ сдался тот. ‐ Бывает у нас свободное время. Сейчас поменьше, правда. Раньше основные занятия закончатся — и занимайся чем хочешь. Я вот фигурки из глины леплю. Воинов разных.

‐ И мастера Шифу, ‐ добавил Журавль.

Обезьяна бросил на него возмущённый взгляд, затем покосился на вход и понизил голос:

‐ Только, чур, ему не проболтайся.

‐ А что, похож получается? ‐ с любопытством спросил я.