Если рассуждать дальше, выходило, что физическое развитие тела действует схожим образом, но, возможно, не расширяет резервуар, а усиливает выработку ци, несмотря на то, что расходует её куда быстрее. Ведь вчера Шифу говорил, что на восстановление уйдут дни, а я в норму пришёл за ночь.

Вот тебе и саморазвитие… Выходит, слова Шифу о «силе размышления» были стопроцентно правдивы. Кто бы мог подумать, что поговорка «знание — сила» окажется настолько буквальной? Если продолжать в том же духе, совершенствуя кунг-фу такими темпами, я попросту «раскачаю» душу.

И чем это мне грозит? Да вроде ничем… Разве что после смерти не отправлюсь на перерождение, а уйду прямиком в мир духов — туда, где как раз и обитают сильные души.

А оттуда, в случае чего, можно и выбраться… Главное, это иметь сильную волю и очень захотеть, как говорил Угвей.

Самый наглядный пример тому, та самая урна, которую я «подпаивал» алкашкой. По его словам, в ней и вправду заключено около пятисот душ: только это отнюдь не великие мастера кунг‑фу, а простые, но несгибаемые воины. Полторы тысячи лет назад они встали насмерть против десятитысячного войска демонов, защищая гончарную деревушку в Долине Мира. Нетрудно было догадаться, что силы были неравны и все они полегли, но своей гибелью выиграли время, ровно столько, сколько потребовалось, чтобы жители смогли уйти в горы.

Когда война закончилась и уцелевшие жители вернулись, они, разгребая руины, нашли единственную уцелевшую урну. Она была украшена изображением марширующего войска — того самого, что пало в бою. И из неё доносился тихий, непрерывный шёпот. Загадка так и осталась неразгаданной: почему они отказались уходить и как сумели избежать поглощения демонами.

За полторы тысячи лет души не проявили себя ни разу, лишь непрестанно бормоча этот настойчивый, невнятный шёпот. Угвей упоминал, что урну не раз разбивали, но души отказывались покидать её. Однажды, во время нападения на Нефритовый дворец, её и вовсе уничтожили, но однако вскоре среди обычных глиняных кувшинов нашли сосуд, абсолютно идентичный утраченному.

«Эх... надо будет им ещё спиртяги подлить… Мужики заслужили, - мелькнула мысль. - Главное, чтобы мою флягу не выкинули». Ведь я её притащил с собой в комнату, а потом, за неимением лучшего места, убрал в один из свободных шкафчиков на кухне.

На этом я завершил размышления и, наконец, удовлетворённый чистотой, перебрался в общую купальню — в мужскую её часть, разумеется. Всё вокруг утопало в густом, тёплом пару, царила атмосфера полнейшего расслабления. Мои товарищи просто безмятежно отмокали, и я, недолго думая, присоединился к их блаженному ничегонеделанью.

Но долго сохранять молчание я не смог и меня потянуло пообщаться. Да и случай выдался подходящий, чтобы деликатно прощупать почву насчёт Тигрицы и заодно побольше узнать о своих товарищах. Поэтому я решил начать издалека.

- А вот интересно… чем вы здесь в свободное время занимаетесь, и есть ли оно у вас вообще? Я, например, помимо очевидного накачивания мышц, как вы знаете, обожаю готовить, да и в кузнечном деле кое‑что понимаю. А вы чем увлекаетесь? Если, конечно, не секрет? - спросил я непринуждённым тоном.

Первым, как ни странно, отозвался Обезьяна. Не меняя расслабленной позы, он повернул голову в мою сторону, и на его морде расплылась театрально-скорбная гримаса.

- Увлечения? Отдых? - проговорил он с нарочитой важностью. - Брат мой, обучение кунг-фу и есть сплошное хобби! Утренние спарринги, обеденные спарринги, вечерние…

Я уставился на него со скептическим видом, в котором ясно читалось: «А не звездишь ли ты, часом?». К этому моменту я уже понял, что жизнь мастеров кунг-фу — вовсе не такая аскетичная и однообразная, как казалось вначале.

- Ладно, ладно, - не выдержал Обезьяна под моим пристальным взглядом, и его лицо озарила хитрая улыбка. - Всё равно бы ты рано или поздно всё прознал. Свободное время у нас и вправду находится… Хотя последнее время его стало куда меньше и на нормальный обед даже не вырываемся.

Он зажмурился и с удовольствием продолжил: - А раньше бывало, основные занятия заканчивались и весь день в своём распоряжении. Я вот, например, помимо разных… приколов, люблю глиняные фигурки лепить. Воинов, знаешь, разных. Иногда даже… - он бросил взгляд через плечо и понизил голос до заговорщического шёпота:- …Шифу. Только, чур, ему не проболтайся. Получаются у меня хоть куда!

- Я — могила, хмыкнул я, в знак одобрения подняв большой палец. Никогда бы не подумал, что этот весельчак, в прямом смысле слова «месит глину».

Выдержав небольшую паузу, я обратился уже к Богомолу: - А ты, если не ошибаюсь, медициной и акупунктурой увлекаешься?

Богомол в ответ на мои слова не спеша открыл глаза и, не меняя позы, ответил размеренным голосом: