Я тут же уткнулся взглядом в Шифу, ища ответа на его невозмутимом лице. Но он прочитал мои широко открытые, почти умоляющие глаза совсем иначе...

Шифу слегка кивнул, и в уголке его рта дрогнуло нечто, похожее на безоговорочное одобрение.

- Вижу, ты уже жаждешь продолжения, - произнёс он своим ровным, методичным голосом, в котором не было ни капли сомнения. - Что ж, теперь можно попробовать отработать помимо защитных ещё и атакующие движения. Посмотрим, как ты применяешь то, что сегодня отработал, в практическом боевом спарринге…

Его взгляд скользнул к Тигрице, и продолжил:

- Тигрица. Ты следующая. Пора напомнить ему разницу между учебным спаррингом и настоящим противостоянием. Ты, кажется, и так горишь желанием.

-----

Благодарю всех за внимание к моей работе) Если вам понравилось и вы хотите поддержать меня и получить доступ к новым главам немного пораньше, то ссылка на мой Boosty находится в описании к работе.)

Глава 32

На Boosty запускаю открытый опрос по поводу романтики в сюжете. Нужна ли она здесь вообще или нет - окончательный выбор за вами. А там уж я буду думать, как это реализовать, чтобы не шла кровь из глаз ...

----

Я застыл напротив Тигрицы, нас разделяло всего несколько шагов. Её тяжёлый взгляд по-прежнему скользил по моему телу, будто я был куском мяса, а она решала, с какого бока удобнее приступить к разделке. В ответ я лишь напряжённо вглядывался в её лицо, пытаясь угадать, о чём она вообще думает.

Шифу же стоял между нами, словно живая граница, и давал последние наставления. Голос его был спокоен, но казался слишком расслабленным.

- Серьёзные травмы недопустимы, - продолжал он, - но… - Он обернулся, окинув меня изучающим взглядом с ног до головы - учитывая, что Панда обладает… исключительной живучестью, ты, Тигрица, можешь применять весь арсенал своих техник. В пределах, разумеется, разумного.

- Ты же, Панда, должен попытаться приспособиться к натиску Тигрицы, - произнёс он, уже обратившись ко мне. - Думаю, ты и сам знаешь, насколько учебные спарринги отличаются от настоящего боя… учитывая твою битву с Росомахой.

Он сделал паузу, дожидаясь уточняющих вопросов, но их не последовало. Молча отойдя на положенную дистанцию, он бросил коротко: - Можете начинать.

Вся моя поза выражала готовность к ее атакам. Из разговора с Гадюкой, я узнал, что стиль Тигрицы — это в основном молниеносные атаки по слабым местам, с упором на нападение, а не защиту.

Но внезапно вместо стремительной атаки, она плавно склонилась, практически в почтительном церемониальном поклоне, сложив лапы перед собой — словно перед настоящим поединком, а не учебным спаррингом. Мне же пришлось с запоздалой заминкой повторить её жест.

И даже после этого она не двинулась с места. Лишь подняла взгляд. Её янтарные глаза, превратившись в две узкие, щелочки, заставили меня замереть.

- Ты готов, брат мой? - её голос прозвучал тихо, ровно и так леденяще, что по спине пробежали мурашки.

То же место и то же время. От 3-го лица

Тигрица ждала. Не движения, а слов. Но Панда лишь молча замер, но и это молчание было для неё достаточно красноречивым ответом. Да, готов. Или думает, что готов. Она не собиралась давать ему поблажек. И уж тем более не собиралась давать их за его мысли и наглые слова.

Когда ранее Шифу позвал её для разговора, она ожидала обсуждения тренировок, новых свитков, циркуляции ци, в общем чего-то достойного и важного.

Вместо этого мастер с непроницаемым лицом спросил, не испытывает ли она к Панде… особых чувств. Намёк был тонким, но недвусмысленным: Шифу, оказывается, успел выслушать бредовые подозрения Панды — и, что было самым невыносимым, отнёсся к ним со всей серьёзностью.

И главное, Шифу не читал ей нотаций. Не одёргивал, не требовал объяснений. Вместо этого он, сохраняя свою каменную невозмутимость, начал рассказывать историю из своей молодости. Историю о промедлении, об упущенном шансе, о чувстве, которое, не будучи вовремя признано, обратилось в тихое, пожизненное сожаление. Суть была ясна и невыносима: «Если что-то чувствуешь — действуй. Иначе потом будешь жалеть».

Чувство смущения и злости, вспыхнувшее тогда в ней, было настолько острым и жгучим, что она едва не вышла из себя прямо перед учителем. Она, мастер кунг-фу, лучшая из Пятёрки, посвятившая всю жизнь дисциплине, силе и чистоте искусства… И этот животный комок мышц и упрямства посмел не просто подумать, но и внушить Шифу, что она… что она может хотеть этого. Низменного. Пошлого. Такого, о чём даже думать противно.

Тогда, сквозь пылающий от ярости и унижения разум, она выдавила из себя чистую, как она считала, правду: призналась, что разочаровала Шифу, и боится разочаровать его ещё сильнее — тем, что Панда может внезапно стать намного сильнее неё.