– Да какой там спим! Весь извёлся, постоянно к двери бегал. Иди, милый, иди, конечно. Только шапку обязательно надень, ветер там уж очень холодный...

Мы вышли в зимний тёмный вечер.

Как только мы немного отошли от подъезда, наступила Она.

Тишина Акакиевна…

То, что нужно,..

Пёс рванул в сугроб, зарывшись мордой в снег, и мой внутренний «интерфейс» мгновенно погас. Исчезли цветные пятна, растворились всплыващие теги, ушёл назойливый и тихий зуд в висках. Остался только мерный скрип снега под ботинками и шумное, частое, счастливое дыхание пса.

Я медленно шёл по узкой тропинке за гаражами, сунув руки глубоко в карманы. Фонари здесь в настоящее время не горели , слабый свет падал лишь от далёких окон пятиэтажек.

***

В прошлой жизни у меня был очень большой загородный дом. Там жила собака, которую кормил садовник Мигель (но это не точно). Я видел её из окна кабинета, иногда довольно механически кидал ей мяч, проходя мимо к машине. Она была частью так называемого антуража, статусным элементом обстановки. Я даже не знал, как её зовут по документам, только домашнее прозвище.

Я совсем никогда с ней не гулял. Зачем? Участок в гектар, пусть бегает и гуляет себя сама.

Каким же идиотом я, в конченом итоге , был.

***

Я смотрел, как Барон активно ныряет носом в снег, выискивая какие-то свои, очень важные и аутентично собачьи следы. Потом он медленно поднимал голову, смотрел на меня умными и преданными глазами и, убедившись, что я здесь, что я -- его стая, несся дальше по тёмной заснеженной дорожке.

В этом было столько простой, незамутнённой жизни, что хотелось зачерпнуть её ладонями. Довольно странное, но абсолютно точное ощущение.

Двадцать минут абсолютного, тихого покоя. Никаких котировок, никаких мелких интриг, никаких рабочих вопросов и неприятных разговоров. Только я, пёсель и тёмное ночное небо над готовящемся ко сну городом.

Я слепил снежок. Довольно плотный и ощутимо ледяной.

– Апорт!

Барон сорвался с места, нелепо подбрасывая задние лапы, поймал снежок в полёте, разгрыз его и, чихнув, уставился на меня с немым вопросом: "А где же мяч? Это была просто вода! Что же это за магия?"

Я рассмеялся. Громко в голос, по-настоящему. Небольшое облако пара вырвалось изо рта.

– Прости, брат. Бюджет в настоящее время урезан, играем тем небольшим, что есть.

Мы с собакой-непонимакой вернулись к подъезду румяные и запыхавшиеся.

Тамара Ильинична ждала нас, приоткрыв входную дверь. Из квартиры медленно плыл тёплый запах ванили и свежей сдобы.

– Нагулялись? Ох , спасибо тебе , Гена. У меня сегодня колени так крутит ; думала, совсем не дой ду со смены.

– Как вы себя чувствуете, Тамара Ильинична?

Я передал ей поводок. Барон, довольный и весь мокрый, уже тянулся к своей миске.

– Вам спасибо, – сказал я серьёзно и с глубокой эмпатией. – Вы даже не предствавляете, как мне это было нужно сегодня.,.

Она посмотрела на меня внимательно, по-доброму прищурив выцветшие, полные доброты и света глаза.

– Заходи, чайку попьём? Свежие булочки, с домашним повидлом.

Искушение было очень велико. Тёплая небольшая кухня, абажур и простые, спокойные разговоры. Это тоже была своего рода терапия, совершенно необходимая. Но я понимал -- на сегодня лимит эмоций полностью исчерпан. Мне нужно было сохранить это состояние какой-то стерильной, тонкой чистоты внутри, донести его до подушки.

– В другой раз, Тамара Ильинична. Правда. Глаза слипаются. Завтра же рано вставать.

– Ну иди, иди, сынок. Бог с тобой.

Я поднялся на свой щербатый этаж. Щёлкнул входным замком.

Щёлк.

Вошёл в тёмную прихожую , не включая свет. Прислонился спиной к двери и постоял так минуту, медленно слушая, как довольно гулко бьётся сердце в груди.

Теперь я был дома. По-настоящему дома.

Желудок мой напомнил о себе требовательным урчанием. В холодильнике сиротливо лежала начатая пачка сосисок и небольшой кусок сыра, который постепенно начинал менять своё агрегатное состяние на совершенно каменное.

– Пир горой, – констатировал я, медленно доставая это совсем небогатое богатство. – Надо было попросить повидло на вынос.

Пока чайник закипал, шумно изображая старт какой-то ракеты, я сел за стол и открыл ноутбук.

Экран мигнул, медленно загружая рабочий стол с танками.

Я потер переносицу. Руки всё ещё отчётливо помнили вибрацию руля. День был долгим, очень насыщенным на эмоции, и в настоящее время наступал полнейш ий откат. Хотелось просто выключить мозг и немного отдохнуть.

Палец привычно кликнул на иконку браузера.

Новости. Привычка делового человека. Что там с индексами? Что с нефтью? Кого посадили, кого наградили? В конченом итоге, это же было единственное, что хоть как-то имело значение после такого дня.,.

Главная страница «Яндекса» . Лента новостей.