– Да, чёрт возьми, брат. Ты проведёшь время так, как никогда в жизни не проводил.

* * *

Процесс проверки оказался именно таким, как и говорил Рико. Они изучили всё: мои доходы, связи, ассоциации. Но через неделю, после того как я подписал документы и заплатил баснословную сумму, мне доставили чёрную карту. Она гладкая и тяжёлая, на обратной стороне только номер телефона. Ни названия, ни логотипа, ничего, что могло бы подсказать, для чего она нужна.

Я долго смотрю на неё, держа в руке.

Это безумие. Мне никогда не было нужно ничего подобного. Я всегда контролировал свои желания, всегда стремился к простоте и чистоте. Секс был для меня просто ещё одной физической потребностью, которую легко удовлетворить и быстро забыть.

Но я отчаянно хочу выбросить Джулию из головы и почувствовать что-то помимо этого постоянного желания, которое пожирает меня изнутри. Мне нужно доказать себе, что я могу хотеть кого-то другого, и эта одержимость не вечна.

Я говорю себе, что найду кого-то, кто совсем на неё не похож. Кого-то светловолосую вместо темноволосой, худую и невысокую вместо высокой и фигуристой. Кого-то, кто поможет мне перезагрузиться и напомнит, что в мире есть и другие женщины.

Это просто секс, чтобы получить разрядку, в которой я так отчаянно нуждаюсь, и вернуть свою жизнь в более-менее нормальное русло. По крайней мере, я могу притворяться, что всё в порядке, несколько часов, чтобы снова обрести способность трезво мыслить и напомнить себе, что разрушить свою жизнь ради женщины, которую я никогда не смогу заполучить, - это самая безумная глупость, на которую я способен.

Это единственный реальный вариант, который у меня остался.

ГЛАВА 5

ДЖУЛИЯ

На следующее утро отец вызывает меня к себе в кабинет, и ещё до того, как он начинает говорить, я понимаю, что моё время вышло.

Он сидит за своим столом, за которым последние девятнадцать лет принимал все важные решения, касающиеся моей жизни. Он решил, что я пойду в школу-интернат, выбрал, какие предметы я буду изучать, какие языки учить, какой версией себя мне позволено стать.

Теперь он решает, за кого я выйду замуж.

– Садись, Джулия.

Я сажусь, сложив руки на коленях, как послушная дочь, которой меня воспитали.

– Я долго размышлял над этим, – начинает он, и у меня учащается сердцебиение. – Алессандро, Марко и Энцо выразили свою заинтересованность. Все они – достойные кандидаты: хорошие семьи, прочные связи, такие союзы, которые будут приносить пользу нашим потомкам. Я приму окончательное решение в течение месяца. Я хочу дать тебе время подготовиться, понять, чего ожидать. О помолвке объявят вскоре после этого, и мы спланируем свадьбу через полгода.

Шесть месяцев. Комната слегка покачивается, и я хватаюсь за подлокотники кресла, чтобы не упасть.

– Я понимаю, что всё происходит слишком быстро, – говорит отец, ошибочно приняв моё молчание за согласие, а не за крик, который вот-вот вырвется из моей груди. – Но тебе уже девятнадцать. Пришло время. Твоей матери было восемнадцать, когда мы поженились, и она прекрасно приспособилась к жизни. И ты тоже сможешь.

Приспособиться. Как будто я к этому привыкну, например, как спать на более жёстком матрасе или приспособиться к другому климату.

– У тебя есть какие-то предпочтения? – Спрашивает он, и на мгновение мне кажется, что он действительно предлагает мне выбор. – Из этих трёх?

– Все они... – я подбираю слова, которые не выдадут охватившее меня отчаяние. – Все они очень достойные.

Он улыбается, довольный моей дипломатичностью.

– Так и есть. Любой из них мог бы стать подходящим мужем. Но я склоняюсь к Алессандро. Он проявлял наибольший интерес, и я думаю, что он хорошо вписался бы в нашу семью, не нарушая привычного уклада.

– Я понимаю, – слышу я свой голос и ненавижу себя за то, как спокойно я это произношу. Как разумно.

– Хорошо. – Он встаёт, давая понять, что разговор окончен. – Я приму окончательное решение к концу месяца. А пока продолжай любезно общаться со всеми тремя. Я не хочу создавать ненужную напряжённость перед объявлением.

Я киваю и выхожу из его кабинета. Ноги сами несут меня по коридору, хотя мне кажется, что я тону.

Меньше чем через месяц я буду помолвлена с мужчиной, которого не люблю. Через полгода я выйду замуж. И моя брачная ночь...мой первый раз, будет с мужем, которого я не выбирала, в постели, которая больше похожа на гроб, и я отдам то, что отчаянно хотела сохранить для того, кто действительно был мне дорог.

От этой мысли мне хочется кричать или что-нибудь разбить. Бежать, пока не сгорят лёгкие, пока не откажут ноги и пока я не окажусь где-нибудь, где угодно, там, где меня не найдут.

Но я не кричу. Я не бегу. Я иду в свою комнату с прямой спиной и тихо закрываю за собой дверь, потому что так поступают хорошие дочери.