За столом её встречают с таким восторгом, будто команда только что взяла чемпионат. Улыбки, приветствия, девчонки тут же затягивают её в быстрые дружеские объятия, осыпают комплиментами по поводу наряда и начинают обсуждать, где сами покупали свои вещи. Спрашивают про Мэдисон, которая должна приехать позже, потому что задержалась из-за последних организационных вопросов по туру. Парни, куда менее деликатные, просто впихивают мне в руку ледяной бокал из уже запотевшего кувшина на столе.

— А как же план забаррикадироваться дома и не вылезать из постели все выходные? — спрашивает Риз.

— Видимо, решила, что целые выходные с Парксом в постели не стоят всей шумихи, — язвит Аксель.

— Завали, — огрызаюсь я. — Она просто захотела немного почувствовать студенческую жизнь.

И парни, кажется… ну, рады за меня. Что, если честно, странно. Я ведь не сделал ничего особенного, просто пришёл в дерьмовый бар с девушкой. Когда девчонки снова усаживаются за стол, я придвигаю стул Ингрид вплотную к своему, чувствуя тепло её ноги. Официантка Джози, приносит свежую порцию «аквариумов». При виде огромных бокалов у Ингрид округляются глаза.

— Не спеши, — предупреждает Рид.

Надя делает глоток через трубочку, почти осушая свой бокал, и подается вперед с присущей ей прямотой.

— Так Джейк действительно заявился за кулисы после твоего концерта?

За столом воцаряется тишина. Все взгляды устремлены на неё. Ингрид даже не моргает. Она спокойно делает глоток из своего бокала.

— Да, приходил. Было довольно неловко, — признаёт она. — В большей степени для него, чем для меня.

— Он тебя видел? — Надя смотрит на меня.

— Мы познакомились, — мрачно отвечаю я, тут же думая о том, что, если увижу его ещё раз, мне будет очень сложно сдержаться.

— Он сто процентов пришёл только потому, что ты теперь встречаешься с кем-то другим, — заявляет Твайлер. — Никогда не стоит недооценивать мужчину, который хочет то, что принадлежит другому.

— Ты это где вычитала, в гороскопе? — спрашиваю я.

Она уютно прижимается к боку Риза.

— Мудрые слова вашего капитана.

— Чёрт, только не говори, что после этого он пометил твою ногу? — ржёт Аксель. — Ведь да? Так и было?

— Нет, — улыбается Твайлер. — Но он одолжил мне свое худи со своим именем на всю спину.

— О, это мило, — улыбается Ингрид, медленно крутя трубочку в пальцах. — Возможно, я использую это в песне.

— Давай, — говорит Риз, отпивая пиво. — Официально разрешаю.

Я кладу руку на спинку её стула, почти инстинктивно защищая, хотя она и не нуждается в защите. Разговор плавно уходит к выпускному через две недели и летним планам. Мы с Ингрид сидим вплотную. Наши бёдра соприкасаются под столом. Каждый раз, когда парни говорят что-то особенно тупое, она смеётся, утыкаясь мне в плечо. И, чёрт возьми, ребята были правы. Это приятно. Даже больше, чем приятно. Иметь рядом кого-то своего, вместо того чтобы снова искать что-то быстрое, мимолётное и пустое. В какой-то момент она откидывается назад, губы блестят от жирного бургера, который она только что смела, а взгляд становится мягким, когда она смотрит на меня.

— Спасибо, что показал мне все это, — говорит она почти застенчиво. — У меня никогда не было такой жизни. Моя реальность всегда была распланирована, работа и тщательно выстроенный график развлечений.

— Всегда пожалуйста, — тихо отвечаю я, наклоняясь и касаясь губами её щеки.

Она пахнет пивом, картошкой фри и своим дорогим парфюмом, и мне хочется запечатлеть и сохранить этот момент навсегда.

— Я хочу, чтобы эти выходные были именно про это, — добавляет она. — Увидеть твой мир.

— Кто-нибудь хочет сыграть в дартс? — спрашивает Рид, выскальзывая из кабинки. — Там как раз освободилась мишень.

— Да! — она сразу вскакивает, следуя за ним к дартсу в углу. — Ты идёшь?

— Дай доем, — киваю я на нетронутую еду. Я слишком увлёкся ею, чтобы есть. — Иди, развлекайся.

Она бросает мне улыбку через плечо и растворяется в небольшой толпе у мишени. И за столом сразу становится тише без неё. Риз задерживается, его плечи расслаблены, но взгляд внимательный — настоящий капитан. Спокойный, сдержанный. Лидер. И первый из нас, кто по-настоящему влюбился.

— Мне она нравится, имею в виду, в качестве твоей девушки, — говорит он, пожимая плечами, доедая картошку, как бы между прочим.

— Спасибо за благословение, — подкалываю я с ухмылкой, но для меня это важно, и он об этом знает.

— Я слышал, парни тебя подкалывали, что ты боишься серьёзных отношений. Не слушай их, — он чуть наклоняется вперёд. — Ты знаешь, я боялся пойти по стопам родителей. Боялся потерять Твайлер из-за хоккея, подобно тому, по какой причине мои родители развелись. Настолько боялся, что чуть всё не испортил. Аксель сбежал от своего давящего, контролирующего отца и нашёл человека, который принимает его таким, какой он есть. Шелби тоже. А Рид? Он так отчаянно искал стабильную семью, что чуть не выбрал не ту девушку.

Он наклоняет кувшин, разливая остатки пива нам по стаканам.