Но, несмотря на опущенный взгляд, я все равно заметила его. Вдали, на идеально подстриженном газоне, у старого раскидистого Древа Жизни с пышной, плакучей кроной, в густой тени сидел мужчина. Он находился в громоздком инвалидном кресле.

Даже издалека было видно, насколько он красив. Короткие, иссиня-черные волосы, широкие плечи, скрытые под темной рубашкой. И абсолютно неподвижные ноги, укрытые тонким пледом.

— Брат! — Камилла приподнялась на цыпочки, натянула на лицо радостную улыбку и помахала ему рукой. — Как твои дела?

В ту же секунду я физически почувствовала на себе тяжелый, давящий взгляд принца. Он был настолько острым, что казался осязаемым. Я не смела поднять головы. Даже дыхание задержала от волнения. Боги, разве могла я когда-то даже в самых смелых фантазиях подумать, что буду вот так запросто гулять с дочерью императора и стоять в нескольких шагах от наследного принца?

Принцесса легким, почти бегущим шагом устремилась к брату. Я, как тень, скользила следом, стараясь ступать как можно тише.

Камилла подошла к креслу и начала быстро, сбивчиво рассказывать о какой-то книге, которую недавно прочитала. Принц молчал. Его молчание было тяжелым, гнетущим, как грозовая туча перед бурей. А потом он заговорил.

Его голос оказался глубоким, низким и настолько холодным, что у меня по коже строем пробежали мурашки.

— Ты ведь знаешь, Камилла, — произнес черный дракон, и в каждом его слове сквозила усталая сталь. — Я не люблю, когда ты приходишь сюда с кем-то из своей свиты.

Эти слова хлестнули меня, но они были вполне ожидаемыми. В глазах принца я — никто. Очередная надоедливая фрейлина. Так и должно быть дальше. Я лишь инструмент. Вылечу его, выполню свою часть сделки, а потом буду тихо жить своей новой жизнью в тени дворца, всем сердцем надеясь, что алый дракон никогда меня не найдет. Да, Рейнард думает, что я мертва. Он также знает, что носители осколка света рождаются раз в несколько сотен лет. И это совершенно не значит, что генерал выбросит свой проклятый компас. Уверена, этот фанатичный монстр будет таскать его с собой повсюду, надеясь на новое чудо.

— Это Вия, моя новая компаньонка, — отмахнулась Камилла с напускной легкостью. Она начала подниматься с пятки на носок, раскачиваясь и улыбаясь, словно ребенок, а затем неожиданно скривилась и схватилась за свою лодыжку. — Ах! Ногу свело!

Дочь императора взмахнула руками, якобы теряя равновесие, и, падая, сильно толкнула меня плечом прямо в сторону инвалидного кресла.

Все произошло в доли секунды. Я не успела даже охнуть. Потеряв равновесие, полетела вперед и, чтобы не упасть принцу на колени, инстинктивно выставила руки перед собой. Моя ладонь с размаху опустились на его горячие пальцы…

В этот миг мир будто перевернулся, а я перестала дышать.

Мой внутренний взор взорвался ослепительной проекцией. Я увидела его магические каналы. Они были не просто повреждены — изорваны в клочья, жестоко, безжалостно перерублены в десятках мест, истекая темной, застоявшейся энергией.

Но самым страшным было другое. Там, за этой искалеченной магической плотью, в самом центре сущности, я почувствовала Его. Огромного, черного дракона. Могущественный зверь бился в агонии, запертый в сломанном теле своего хозяина, как в тесной, невыносимой клетке. Он страдал, рычал от боли и бессилия, не в силах вырваться на свободу уже десять долгих лет.

Его боль ударила по мне такой чудовищной волной, что из глаз мгновенно брызнули слезы.

И тут принц резко выдернул свои пальцы из-под моей ладони.

Я задыхалась от эмоций, слезы текли из глаз.

— Вия! — кинулась ко мне Камилла. — Что с тобой, Вия?!

— Больно… — прохрипела я, не представляя через что проходит принц каждый день. — Ударилась, когда падала, — ответила я, с трудом выпрямляясь и не смея поднять головы. — Ничего страшного, ваше высочество, — произнесла я, беря себя в руки, пусть и далось мне это с трудом. — Уже почти всё прошло.

16. Да начнется лечение

Дивия

На ногах удавалось стоять с огромным трудом. Даже в самых страшных фантазиях я не думала, что настолько тяжело будет увидеть и, самое главное, почувствовать истинную причину болезни принца. Агония запертого дракона все еще отдавалась фантомной дрожью в моих пальцах.

— Я устал! — недовольно рыкнул наследник, сжимая подлокотники кресла.

В его голосе лязгнула сталь. Я прекрасно понимала: он в ярости от того, что какая-то неуклюжая, незнакомая фрейлина посмела упасть на него и прикоснуться. Но так было надо.

— Да-да! Конечно, Дариан! — тут же затараторила принцесса, загораживая меня собой. — Мы уже уходим. А ты отдыхай, не будем тебе мешать.

Схватив меня за руку, Камилла решительно потянула за собой. Мы быстро шли по дорожкам, и только когда оказались надежно скрыты за высокой живой изгородью, принцесса резко остановилась и повернулась ко мне.

— Ну? Что... — она судорожно сглотнула, вглядываясь в мое бледное лицо. — Что скажешь?