Удивительно, но мой свет знал, что нужно делать, и я полностью, без остатка ему доверилась.

Золотистая энергия устремилась под кожу незнакомки. Девушка громко зашипела сквозь сцепленные зубы и рефлекторно дернулась назад.

— Стойте смирно! — требовательно и жестко приказала я, перехватывая ее за плечо. На секунду сама поразилась тому, насколько сильно с пробуждением божественного осколка изменился мой некогда забитый характер. Во мне проснулась сталь.

Моя рука сияла уже настолько ярко, что свет ослеплял. Незнакомке было больно. Она прерывисто дышала, а затем схватила меня за другую руку, чтобы хоть за что-то подержаться и не упасть.

А потом девушка не выдержала и закричала.

Рольф угрожающе, глухо зарычал, готовый в любую секунду разорвать меня на части, но приказ хозяйки сдерживал зверя на месте.

И тут я почувствовала это. Прямо под моими пальцами, в сплетении чужих магических потоков, возникло легкое, едва уловимое шевеление. Паразит пытался сбежать от выжигающего его света.

Я быстро сместила руку, безошибочно нащупала энергетический сгусток клеща и сжала его невидимыми пальцами своей магии, тут же сжигая дотла чистым божественным пламенем.

Вспышка погасла.

Незнакомка громко охнула и покачнулась, теряя равновесие.

— Вы как? — я вовремя подхватила ее под руку, удерживая на ногах. — Все нормально? Клеща больше нет.

— Сесть... — прохрипела девушка, тяжело опираясь на меня. — Хочу сесть.

Я осторожно помогла ей опуститься на мягкую траву.

— Пару минут не открывайте глаза, — прошептала я, замечая, что Рольф больше не рычит.

Огромный пес на полусогнутых лапах подполз ближе к своей притихшей хозяйке, тихо, жалобно поскуливая, и преданно уткнулся мокрым носом ей в бедро. Она слабо погладила его по голове.

Над поляной повисла густая, напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим пением утренних птиц и шелестом листвы.

— Как твое имя? — раздался тихий голос незнакомки, которая так и сидела на траве, не открывая глаз.

Я промолчала, помня об осторожности. Девушка понятливо усмехнулась.

— Попробуйте открыть глаза, — произнесла я через несколько минут. — Только очень осторожно. Не торопитесь. Сначала правый.

Блондинка медленно приоткрыла правый, здоровый глаз. Ее грудь вздымалась внешне спокойно, но я, стоя рядом, буквально кожей чувствовала, как сильно она волнуется.

— Теперь левый, — тише добавила я.

Девушка глубоко вдохнула и медленно открыла левый глаз. Она замерла, не моргая, глядя в одну точку перед собой — на ствол старого дуба.

— Ну как? — не выдержала я, сжимая руки в замок.

— Кто ты такая? — благоговейным шепотом спросила незнакомка, часто-часто заморгав.

Я заметила, как в уголках ее глаз блеснули подступающие слезы.

— Вы видите? Зрение пришло в норму?

— Вижу, — хрипло, срывающимся от эмоций голосом ответила блондинка. — Я все вижу. Четко. Больше года этот глаз меня беспокоил. С каждым месяцем становилось все хуже, все размытее, ни один столичный светила не мог мне помочь... А ты... ты сделала это всего за одну минуту.

Я слушала ее сбивчивые слова, и на душе становилось так тепло-тепло. Могла ли я, забитая пустышка из пятого от столицы города, раньше хотя бы подумать, что обладаю такой невероятной мощью? Что смогу вот так просто помогать людям, избавляя их от болезней и возвращая надежду одним лишь прикосновением?

— Я... — девушка попыталась встать на ноги, но ее тут же повело в сторону.

— Сидите, — я покачала головой, придерживая ее за плечо. — После такого глубокого лечения нужен покой. Дайте своим магическим потокам немного времени на восстановление.

Незнакомка вскинула на меня лицо. В ее глазах, которые теперь оба светились ясным карим светом, читалась непередаваемая, безграничная благодарность.

— Не уходи, — она мотнула головой, вглядываясь в мое лицо.

— Но мы ведь договорились... — настороженно начала я, делая шаг назад.

— Знаю! — горячо кивнула девушка. — Я дала тебе слово! И сдержу его, если ты откажешься и захочешь уйти! Но выслушай меня. Мое имя — Камилла.

Я опешила. Мои глаза расширились от шока. Во всей империи Дракарис было прекрасно известно, что такое имя носит лишь одна девушка, и никому другому брать его не дозволялось под страхом сурового наказания.

— Как ты уже, наверное, поняла, — произнесла незнакомка, неотрывно глядя на меня, — я единственная дочь императора. И хочу предложить тебе свое личное покровительство!

— Но... — я растерянно моргнула, не в силах поверить в происходящее. — Зачем?