Я восприняла это как свой выход. С театральным жестом я появилась в углу комнаты; зеркало было повернуто ровно настолько, чтобы отразить образ Мэрилин Монро.

Он будет видеть и слышать во мне Мэрилин, но я не могла не пустить в ход плоды сорока восьми часов запойного просмотра видео в интернете. Я изменила тембр голоса, коснувшись уголка губ указательным пальцем, и произнесла:

— О, привет!

Глаза Бретта расширились, когда он заметил меня, его самодовольная ухмылка сменилась изумлением, от которого отвисла челюсть.

— О боже мой.

Я шагнула вперед, покачивая бедрами так, что это точно должно было привлечь его внимание.

— Мистер Бретт, — промурлыкала я, мой голос сочился преувеличенной сладостью. — Мне так приятно с вами познакомиться.

Ленора бросила на меня знакомый предостерегающий взгляд, но я проигнорировала ее, полностью погрузившись в роль. Позже мне придется рассказать ей притчу о мальчике, который кричал «волки», и о том, как она применима к медиуму, который вечно бросает испепеляющие взгляды на полезных призраков.

Вместо этого я сказала:

— Надо же, а вы еще красивее, чем я себе представляла.

Бретт практически пускал слюни.

— Мэрилин... Не могу поверить, что это действительно ты.

— О, это я, — заверила я его, одарив своей лучшей призывной улыбкой. — А ты... ты был очень непослушным мальчиком, не так ли?

Он громко сглотнул. Мужчина закивал, как влюбленный подросток.

— Д-да, в смысле, нет, в смысле...

Ленора откашлялась, разрушая чары.

— Мэрилин, возможно, вы могли бы ответить на несколько вопросов мистера Бретта в отдельной комнате? Только вы вдвоем?

— Конечно, — сказала я. — Ты ведь не против, если я потрогаю твои большие мускулы, пока я...

Я скользнула в его тело с привычной легкостью. Бретт резко выпрямился, выражение его лица в старинном зеркале на мгновение стало пустым, прежде чем на нем расплылась порочная ухмылка.

Другому призраку, возможно, пришлось бы полностью разделить свое внимание, чтобы занять его разум.

Некоторые, как те влюбленные девушки, за которыми я недавно наблюдала, разделяли свое внимание полностью.

Я выделила Бретту примерно два процента мощности своего мозга, запустив ленивую эмуляцию воспоминания о видео из интернета, лишь бы удержать его пещерный мозг от сопротивления, пока я влезала в его здоровенный мясной костюм.

— Та-дам! — заявила я, широко раскинув руки. Ленни вскрикнула и отшатнулась от стола, прежде чем я поняла свою ошибку. — Подожди, о, ты же видишь этого парня. Уверена, это выглядит пугающе. В любом случае, он сейчас думает, что трахает мертвую знаменитость. Я скоро вернусь. Мне нужно сделать несколько компрометирующих фотографий, поесть всякой дряни и осмотреть достопримечательности.

— Подожди! — Ленора вскочила на ноги, ее голос был резким от тревоги. — Ты не можешь никого убить. Ты не можешь сделать ничего, что причинит вред человеку. Ты не можешь навредить другому человеку или животному, просто чтобы подставить его. Ты не можешь...

— Доверься мне, — простонала я, закатив глаза. — Или не доверяй, и пойдем со мной. Но если так, тебе придется надеть что-нибудь другое. Что у тебя есть из клубной одежды? Нам нужно посетить пару вечеринок.

Глава 7

БОЛЬШОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ БРЕТТА

Ленора Пендрак

Я потратила шестьдесят драгоценных минут на то, чтобы переодеться в платье, поправить сиськи в бюстгальтере пуш-ап и нарисовать лицо. «Бретт» тренировал свой голос на разные лады, пока я хихикала над нелепыми попытками Коры изобразить современного неудачника.

Наконец я была готова, и Кора предложила мне локоть Бретта.

— Готова разрушить его жизнь? — спросила она.

Я одарила ее самым виноватым и скептическим взглядом.

— Ладно, может, и не жизнь, но уж точно его работу, перспективы на свиданиях и репутацию в городе.

— То есть жизнь, — повторила я.

— Что в лоб, что по лбу, — сказала она.

— Ты сказала одно и то же. — Я нахмурилась.

— Да, потому что я все равно сделаю по-своему, но я бы предпочла, чтобы ты пошла со мной. Ты выглядишь потрясающе. Побудешь моим украшением?

Я опустила голову, надеясь, что занавес чернильных волос скроет то, как она заставила меня покраснеть, даже говоря баритоном Бретта. Кора настояла на том, чтобы до конца ночи я воспринимала ее как Бретта, потребовала, чтобы я перестала вышагивать на каблуках, и позволила Бретту оплатить поездку.

— Для ясности: ты говоришь о Бретте, или Бретт говорит о себе в третьем лице?

— Бретт делает то, что Бретту заблагорассудится, — ответила Кора. — Но ради последовательности до конца ночи я — Бретт. Можно просто Папочка.

— Отлично, я-то думала, что не смогу ненавидеть его еще сильнее.

— Как будто ты могла бы ненавидеть меня, — последовал ответный подмигивающий взгляд.

Я боролась с тем, как спросить давно умершего призрака о сложностях гендерной идентичности, но решила задать вопрос прямо.