— Абсолютно исключено, — тут же сказала Ленора, возвращая зеркало в исходное положение, подальше от моего великолепия. — Ты не можешь выдавать себя за другого человека.

— Люди делают это каждый год на Хэллоуин, — парировала я, топнув каблуком для пущей убедительности. — А еще постоянно на съездах двойников, в кам-шоу, на комик-конах и в порнороликах...

— Ты что, используешь мой компьютер, чтобы смотреть порно после того, как я ложусь спать? — перебила она.

Я ахнула, схватившись за несуществующее жемчужное ожерелье.

— Ну, кто-то же должен смотреть на нем порно, раз ты этого не делаешь, — сказала я, изображая возмущение. — Послушай, было бы полным оскорблением рассказать Мэрилин, что люди вытворяют с ее образом, но они делают это каждый божий день! Они делают это без ее согласия. Они делают это без ее ведома. Они делают это в видео, в ролевых играх, на костюмированных вечеринках, в фильмах, в живых реконструкциях, а теперь мы отомстим за нее.

— Не притворяйся, что мы делаем это ради нее, — проворчала Ленора, потирая виски, словно пытаясь отогнать головную боль.

Мои глаза загорелись.

— Мы? Значит, ты в деле? Ты согласна?

— Это аморально, — жалобно простонала она, опускаясь на ближайший стул.

— Нет, — твердо сказала я. — Это Бретт аморален. Он получит по заслугам, и получит немедленно. Обещаю, он не трахнет ни Мэрилин, ни меня, ни образ своей любимой объективированной знаменитости. Но ему нужно хотя бы думать, что он видит ее, пока мы проводим вступительную фазу, чтобы я могла проникнуть в его голову.

— Ненавижу это, — пробормотала Ленора, но по ее ворчанию я поняла, что она смирилась.

Я изо всех сил старалась не запрыгать на цыпочках от радости.

— Ты расстроена только потому, что не знаешь, какой сладкой может быть месть, — сказала я. — Разве ты не встречала миллион таких же парней, как он, которым сходило с рук больше, чем они того заслуживают? Разве каждому богатенькому гетеросексуальному мужику, по сути, не сходит с рук даже убийство? Почему бы нам просто не дать ему попробовать его же собственное лекарство? Доверься мне, Ленора. Подари мне ночь своего доверия, и я заслужу целое десятилетие. Обещаю. Если я тебя подведу, можешь запереть меня в сундуке и изрубить его топором, идет?

Ленора замялась, на ее лице читались сомнения.

— Может, нам стоит обсудить, насколько отличалось согласие в твое время и в современную эпоху?

Я настойчиво покачала головой.

— Нет. Речь не о том, на что он согласен. Речь о том, чего он заслуживает. Обещаю: Мэрилин войдет невинной и выйдет невинной. Она и так натерпелась.

После долгой паузы Ленора вздохнула.

— Ладно. Но я буду наблюдать за каждой секундой, и если ты хоть на шаг перейдешь черту, то навсегда вылетишь из «Кабинета».

Я ухмыльнулась и хлопнула в ладоши.

— По рукам.

Бретт прибыл позже тем вечером, его возмутительно дорогой одеколон разнесся по музею задолго до того, как он на самом деле вошел в заднюю комнату. Он был одет в то, что я могла описать только как шик яхт-клуба: сплошь пастельные поло и свежие хаки. Было трудно представить, что осень в Салеме — это пиковый сезон для лодочного клуба, но, с другой стороны, если у богатенького сынка есть желание и папины деньги, то выход всегда найдется, или как там звучит эта поговорка. Я не могла быть до конца уверена в терминологии, пока не проведу еще несколько месяцев за компьютером Ленни после наступления темноты.

— Ленора, — сказал он с сальной улыбкой, протягивая ей букет роз, который выглядел так, словно был куплен на заправке по дороге сюда.

Если она и заметила мои двойные средние пальцы, то виду не подала.

Ленора приняла их с натянутой улыбкой, молча отложив в сторону. Она жестом предложила ему сесть, ее движения были скованными и выверенными. Я видела, что она уже жалеет о своем согласии на все это.

Вскоре после этого начался спиритический сеанс; комната тускло освещалась мерцающими свечами. Бретт сидел за столом напротив Леноры, его пальцы нетерпеливо барабанили по дереву.

— Ну и как это работает? — спросил он. — Я просто говорю, кого хочу трахнуть, а ты всё устраиваешь?

Он отвел от нее взгляд, чтобы оценить себя в настенном зеркале. Он лизнул большой палец и мизинец, пригладил брови, а затем расслабленно откинулся на спинку стула в ожидании ответа.

Выражение лица Леноры было далеко от той мрачной чуткости, которую я наблюдала на всех остальных сеансах. Ее лицо превратилось в бесстрастную маску едва скрываемого отвращения. Она кашлянула и сказала:

— Что-то вроде того.

— Мэрилин Монро, — тут же сказал он. Он сверкнул рядом слишком белых виниров, расплываясь в самодовольной ухмылке. — Я хочу поговорить с Мэрилин Монро.

— Отлично, я уверена, она не может дождаться встречи с вами, — ответила Ленни все тем же ровным голосом. Она закрыла глаза и начала бормотать обычные заклинания, хотя я видела, что она делает это просто для галочки. Она даже не пыталась сделать это убедительным.