В нем всё вызывало у меня тревогу. Я ненавидела его широкие плечи, ненавидела грудные мышцы, выпирающие из-под рубашки-поло, и ненавидела то, как он улыбался мне — словно я была препятствием, а не человеком. А затем он сунул мне в руку толстую пачку наличных.

— Я не проститутка, — сказала я.

— Четыре тысячи, — ответил он так, будто эта сумма должна была меня впечатлить. — И я почти уверен, что цыпочки в колготках больше не хотят, чтобы их так называли. В любом случае, считай это задатком. Я заплачу сколько угодно, чтобы трахнуть Мэрилин Монро.

Он был прав. Я бестактно выразилась о секс-работницах. А в следующее мгновение он произнес самую омерзительную фразу, которую я когда-либо слышала от потенциального клиента. Купюры в моей руке были хрустящими и тяжелыми.

— Вы шутите.

— Серьезен как сердечный приступ, детка, — сказал он, изобразив из пальцев пистолет. — Классный готический прикид, кстати. Может, если с Мэрилин не выгорит, тебя удастся уговорить?

Я тупо уставилась на него, слишком ошарашенная подобной наглостью в моем собственном музее, в моем собственном доме, в моем собственном священном месте, чтобы хоть что-то ответить.

— У каждого есть своя цена, — сказал он. — Уверен, у Мэрилин тоже.

— И вы думаете, что ее цена — одной из самых легендарных личностей прошлого века — это четыре куска? — выплюнула я, балансируя между рвотным позывом и смехом.

— Послушай, — сказал Бретт. — У меня есть сбережения. Я при деньгах, окей? Тедди сказал, что ты можешь это устроить. Бёрк? Знаешь его? Он друг моего друга. Говорят, есть вещи, которые нельзя купить за деньги, но готов поспорить, они ошибаются. Просто вызови Блондинку в ее белом платье, усекла? Я знаю, ты занимаешься всеми этими ведьмовскими штучками-дрючками или типа того, так что, может, тебе нужно дождаться полнолуния...

— Это про оборотней.

Он не выглядел впечатленным тем, что женщина не растаяла в его руках, как масло. — Как я уже сказал, неважно, просто скинь мне смс, ага, в среду?

Я отшатнулась.

— В смысле, в день недели? Или в смысле малолетней девчонки из сериала?

Он загоготал.

— Если ты гот, это значит, что у тебя нет чувства юмора?

Кора материализовалась у меня за спиной.

— Я его ненавижу.

Бретт ее не заметил. Его глаза были прикованы ко мне, а улыбка становилась все шире.

— Я вернусь, — сказал он, шлепнув свою визитку поверх пачки купюр. — Я возьму твой номер у Тедди и свяжусь с тобой. Обдумай это.

Кора нависла ближе.

— Он тебе угрожает?

Он улыбался еще одно тошнотворное мгновение, а затем ушел без единого слова, звук его шагов растворился в ночи. Я закрыла и заперла дверь, а затем повернулась к Коре, которая смотрела на наличные со смесью гнева и отвращения.

— Кто, черт возьми, этот ублюдочный братан? — потребовала она ответа; ее голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. Она потянулась за визиткой, но лишь издала разочарованный звук, когда не смогла ухватить ее пальцами.

— Отпусти это. Если мы его убьем, мне придется разбираться с его призраком, — сказала я. Хрупкий мир, который я выстраивала, грозил рухнуть под натиском одного богатенького белого неудачника. Нужно было сильно постараться, чтобы напугать медиума, но не было ничего ужаснее, чем чувство вседозволенности гетеросексуального белого мужчины.

Глава 6

ОДЕРЖИМОСТЬ

Коралин Уинтерс

Ленни отказывалась обсуждать со мной те чудесные способы, которыми я хотела разрушить жизнь Бретта-лакроссника, что казалось мне скучным и разочаровывающим.

В музее выдался спокойный день, и я устала наблюдать, как Ленора корпеет над своими бесконечными инвентарными списками. Для такой молодой девушки она вела себя как человек вдвое старше: вечно уставшая и придавленная грузом обязанностей, которые она взяла на себя без единой жалобы. Это, конечно, вызывало восхищение, но вместе с тем было до одури скучно. Поэтому я, естественно, решила, что пора немного оживить обстановку.

Я дождалась, пока она встанет перед зеркалом в полный рост в задней комнате, хмуро поправляя кардиган. Эффектным жестом я материализовалась у нее из-за плеча и широко раскинула руки.

— Та-дам!

Ленни вздрогнула; ее рука метнулась к груди, когда она резко обернулась ко мне.

— Кора! Какого черта?

Я надула губы.

— Да ладно тебе, это же классическое появление полтергейста. Ты должна накинуть мне баллы за стиль.

Она не впечатлилась.

— Что ты делаешь?

— Подожди, — сказала я, игнорируя ее вопрос и слегка наклоняя зеркало — не самая простая задача для призрака. — Это не сработает, если ты видишь меня такой, какая я есть на самом деле, а ты видишь. Минусы ясновидения. Вот, теперь смотри.

Ленора снова повернулась к зеркалу, и ее глаза расширились, когда альтернативное отражение обрело резкость. Вместо моего обычного призрачного облика в зеркале появилось идеальное подобие Мэрилин Монро, дополненное культовым белым платьем и развевающимися волосами.