— Как тебе угодно, Кэрол, — бросает ей Эмили.

Кэрол поднимает обе руки в знак капитуляции.

Когда Трейси ушла, Кэрол пыталась стать ей тётей. Но в то время она была просто еще одной женщиной, чьего влияние Эмили не хотелось. Теперь это шутка, от которой Эмили не откажется.

Я снова поворачиваюсь к Эмили.

— Я определённо буду тебе указывать, пока тебе не исполнится восемнадцать. А, как я помню, в последний раз, когда ты задувала свечи, тебе исполнилось только шестнадцать. А Джеймс…

— Джош.

— Он даже в школу уже не ходит. Ему что, тридцать?

— Он в мае закончил! — стонет Эмили. — Ему всего семнадцать! Если ты позволишь ему приехать…

— Чтобы что? Поиграть в «Монополию»?

— Возможно, он отлично обращается с деньгами.

— Потому что копит на пенсию, да?

Голова Эмили запрокидывается назад и она издаёт громкий стон.

— Не такой уж он и старый!

— Я пойду на перерыв, — говорит Кэрол, роясь в переднем кармане рюкзака.

— Можно мне стрельнуть сигарету? — окликает её Эмили.

Я наклоняю голову набок.

— Неужели D.A.R.E.1 тебя ничему не научил?

Эмили пожимает плечами.

— Курение стало казаться крутым.

Я не могу сдержать улыбку и качаю головой.

— Ты – мелкая сопля. И это не круто. Разве это может быть круто, если Кэрол этим занимается?

— Я стою здесь, — говорит Кэрол.

— Твоя тётя уже взрослая, — продолжаю я. — Ей позволено принимать ужасные, разрушающие жизнь решения.

— Когда я смогу принимать ужасные решения? — спрашивает Эмили.

— Когда тебе стукнет пятьдесят.

— Ого, может, к тому времени я буду и достаточно взрослой чтобы встречаться с Джошем, — саркастически говорит Эмили.

Я ухмыляюсь.

— К тому времени этот старый хрыч уже помрёт.

Эмили невольно улыбается и надевает наушники.

— Сегодня я приготовлю твоё самое нелюбимое блюдо, — говорит она. — Самое ужасное.

— Не могу дождаться, малыш.

Я поднимаю руку, чтобы дать пять. Эмили, не удержавшись, шлёпнула по ней, вытащила из кармана джинсовой куртки плеер Discman, нажала кнопку воспроизведения и поплелась по тротуару к нашей улице. Я смотрю на Кэрол, а между её пальцев поднимается струйка дыма.

— У неё помада размазалась, — говорит она.

— Так и было, — вставляет Бетси, торжественно кивая. Она стоит у своего магазина сэндвичей, орудуя метлой по совершенно чистому тротуару.

Любопытная.

— И я это видела, — Долли, женщина из книжного магазина через три дома от неё, опрокидывает пустую лейку на сухие цветы.

Уинстон усмехается, сидя на табурете.

— У тебя проблемы.

В этом городе просто невозможно поговорить с глазу на глаз.

— Да, знаю я, что размазалась, — бормочу я всем.

Нелегко растить девочку-подростка. Ведь нет специальных курсов, где учат, какие тампоны покупать или как сказать: Нет, ты не можешь сбежать из школы, чтобы увидеть своего парня. Пожалуйста, перестань упрашивать.

Эмили утверждает, что мама рассказала ей о птичках и пчёлках. Не уверен, что мне следует верить в это, потому что Трейси любит сложные разговоры ещё меньше, чем я, а значит, мне, пожалуй, стоит с ней поговорить об этом в ближайшее время. Добавьте это в список нужных дел, как и напоминание Бриттани, чтобы она не ссорилась с людьми из-за серии фальшивых побед взрослого мужчины.

Я воспитываю своих девочек день за днём, неделю за неделей. Всегда появляется что-то новое, и каждый раз я надеюсь, что проблемы растянутся на недели или годы. Но иногда они сваливаются все сразу и в один и тот же день.

Кэрол снова переходит улицу, и я следую за ней. Хватаю сигарету из её руки и тушу в пепельнице на городской урне.

Она смотрит на шипящий окурок, прежде чем пробормотать:

— Спасибо.

— Не за что.

В доме звонит телефон.

Я скрещиваю пальцы за спиной и иду обратно в пекарню.

— Лучше бы это была Трейс, — бормочу я.

— Тебе не настолько везёт, — говорит Кэрол.

— Передай ей привет! — кричит Бетси.

В ответ я поднимаю большой палец вверх.

Подойдя к прилавку, я делаю глубокий вдох и снимаю трубку.

— Это пекарня «Burke’s», — я жду извиняющегося голоса бывшей жены.

Вместо этого меня встречает хриплое:

— Привет, Клифф. Как дела?

Я затаил дыхание.

— О, привет, Джордж. Что желаешь сегодня?

Я беру ручку, спрятанную рядом с телефонным шнуром, и записываю в блокнот обычный заказ Джорджа на еду. Но чем дольше он говорит, тем яснее я осознаю, что Трейси до сих пор так и не позвонила.

Снова.

Семья Бёрк держится на скотче, клее и старом дереве этой пекарни. Но мы держимся вместе, и, пожалуй, это всё, о чём мы можем просить. И это именно моя бывшая жена сведёт меня в могилу раньше времени из-за стресса. Может быть, я смогу потусоваться с Бёрди на небесах.