Я обхватываю его шею руками и всё, что мне приходит в голову – это «хорошо», потому что дрожь в его голосе причиняла боль. Словно он злится, что эти слова вырвались у меня из уст.

— В один прекрасный день Трейси решила, что больше не хочет быть здесь, — признается он. — Всё просто. Она сказала, что давно об этом думала. Ещё до того, как у нас родилась Бриттани.

— Сколько было Бриттани, когда вы расстались?

— Три, — отвечает он. — Я удивился, когда она сказала, что хочет попробовать ещё раз, особенно учитывая, что Эмили тогда уже достаточно подросла. У нас стало больше свободы, которой у нас не было, когда мы были родителями-подростками. Но Трейси сказала, что хочет попробовать ещё завести ребёнка, которого бы мы запланировали. А кто я такой, чтобы отказывать? Мне нравилось быть отцом. Но и после Бриттани всё было так, будто то, чего она искала, так и не появилось. А потом она как-то усадила меня и сказала, что я ей больше не нравлюсь. Нет любви – я отчетливо это помню. Я ей не нравился. И тогда спросил, как давно она знала, что я ей не нравлюсь, и она ответила, что, возможно, я ей никогда и не нравился.

У меня кольнуло в сердце. Жалость. Как можно такое сказать? Кто мог такое сказать Клиффу?

— Мне так жаль, — бормочу я.

Он саркастически смеется.

— Ты этого не говорила. Я знаю, что всегда говорю шутками. Саркастичен и вообще не серьёзен. Мне трудно кому-то понравиться.

Кажется, это не его слова. Это слова Трейси. Эти мысли были посеяны много лет назад, а со временем проросли, и теперь они укоренились в нём.

— Тебя очень легко полюбить, Клифф, — говорю я. — И я говорю серьёзно. Мне не нравится большинство людей. Но ты был прав – ты мне нравишься. Так что не извиняйся за свои шутки. Мне они нравятся.

Он фыркает.

— Не будь такой снисходительной.

— Ладно! Больше никаких комплиментов твоим шуткам, пока ты их рассказываешь.

Он усмехается.

— Договорились.

Я опускаю голову ему на плечо. Его ладонь обнимает мой затылок, пальцы перебирают мои волосы. Тепло. Нежно.

— Не могу поверить, что мы танцуем под эту дурацкую песню, — говорю я, выдыхая.

— Не могу поверить, что я действительно уговорил тебя это сделать.

Я тихонько смеюсь, а потом и он тоже. Он обнимает меня крепче, и я ещё сильнее зарываюсь лицом в его шею. Чувствую исходящий от него запах ванили и корицы, а также и тот неповторимый цитрусовый аромат – тот самый секрет, который Клифф скрывает за всеми своими стенами.

Он гладит меня по спине. Я знаю, что Клифф прикасается ко мне только по привычке. Он так и действует с кем бы ни был. Но где-то в глубине души я хочу, чтобы Клифф прикасался так ко мне, потому что я – это я.

Я слегка приподнимаю голову, и он прижимается щекой к моей.

— Тебе пора вернуться к работе, — шепчу я.

— Пора, — бормочет он в ответ.

— Спасибо за секреты.

— Спасибо за компанию.

Я отклоняюсь назад, но мои руки все еще не опускаются с его шеи. Его руки опускаются на мою талию, большие пальцы описывают круг по моим рёбрам. Мой указательный палец находит волосы на его затылке. Его взгляд метнулся к моим губам и обратно. Я не могу быть спокойной, когда он так на меня смотрит. Моё сердце бьётся неровно, и, прижавшись грудью к его груди, я чувствую, как учащённо бьётся и его пульс.

С шумом сглатываю. Я вижу каждую искорку в его голубых глазах, каждую маленькую ореховую точку внутри. Чувствую, что они видят меня насквозь, потрясая до глубины души, приковывая меня к земле. Сердце подпрыгивает к горлу, и, может быть… может быть…

В дверь пекарни раздаётся громкий стук. Я вздрагиваю, но Клифф не двигается. Его рука замирает на моей талии. Он ищет глазами мои, но я не уверена, что именно он там ищет.

Кулак снова бьётся о стекло.

Я моргаю и высвобождаюсь из его объятий.

— Возможно, тебе нужно…

— Да, — перебивает он, проводя ладонью по волосам и выходя из кухни на улицу.

Звенит колокольчик над дверью, когда Клифф её распахивает.

— Мистер Бёрк…

— Джош, — объявляет Клифф.

Я иду в вестибюль пекарни, наблюдая, как Джош бледнеет, переводя взгляд с нас двоих.

— Как приятно тебя видеть, — продолжает Клифф сквозь стиснутые зубы. — Чем я могу тебе помочь?

— Я не знал, здесь ли Эмили. Она не зашла, как обычно.

— Она в гостинице, — вставляю я, все ещё как будто задыхаясь. — Она ждала твоего звонка.

— Чёрт, так и знал, — простонал он. — Мама постоянно висит на телефоне. Она выиграла какой-то радио тотализатор.

— Жаль, — говорит Клифф, но, кажется, он так же далёк от разговора, как и я.

Я настолько потеряна из-за того, что произошло. Что бы это ни было. Если это вообще что-то было. Вот только что мы танцевали, а в следующую – я так нервничаю. Никогда так не нервничала рядом с Клиффом.

— Я пойду и найду её в гостинице, — говорит Джош.

— Входная дверь не заперта, — говорю я.

— Спасибо. О-о-о, и, мистер Бёрк?