Я откашливаюсь и указываю рукой в сторону.

— Рокет хотел увидеть Бриттани, — объясняю я.

Клифф моргает, глядя на Рокета сверху вниз. Он энергично бьёт хвостом по крыльцу. Я не видела Рокета таким возбужденным с тех пор, как мы переехали. Либо ему искренне нравится Бриттани, либо он мастер манипуляций, работающий на меня. Скорее всего, первое. Он никогда не был в моей команде.

Клифф усмехается.

— Ты здесь, потому что твоя собака попросила поиграть?

— Да.

Ещё раз быстро окинув нас двоих взглядом, Клифф наконец обернулся и крикнул на весь дом.

— Бритт! Рокет пришел!

Шаги раздаются на лестнице. Хотелось бы мне запечатлеть выражение лица Бриттани, когда она нас увидела. Её улыбка не могла быть шире. Она подпрыгивает на носочках, практически дрожа от волнения в своей черно-белой пятнистой ночной рубашке.

— У тебя десять минут, потому что тебе уже пора спать, — говорит Клифф.

— Правда, папочка?

— Правда, правда. Будь очень осторожна. Не обнимай его. Не пугай. Просто… покидай ему палку или что-нибудь ещё. Хорошо?

Бриттани так быстро вылетает во двор, что чуть не падает с крыльца. В тот момент, когда она проходит мимо Рокета, он тут же оказывается позади, следуя за ней по траве.

Клифф засовывает руки в карманы и молча наблюдает. Я нервно сжимаю карман джинсов, затем наконец его отпускаю и говорю в тишине.

—Ты не против поговорить, Клифф?

Его брови снова удивленно приподнимаются. Должно быть, я поставила его в тупик. Я его не виню; сама едва успеваю следить за своими решениями.

— Конечно, Мишель, — смеясь, говорит он, своим тоном подражая моей официальности.

Он садится на верхнюю ступеньку крыльца, и я тоже приседаю, чтобы присоединиться к нему.

Я делаю глубокий вдох. Он предвкушающе улыбается.

— Да? — поощряет он.

— Мне нужна помощь, — выпалила я.

— Тебе… нужна помощь, — медленно повторяет он.

— Да! То есть, я хорошо управляю гостиницей. Отлично разбираюсь в рекламе – я, вообще-то, профессионал и с финансами проблем нет. У меня отличные инструкции для повседневной работы и…

— Так зачем тебе помощь?

Я сжимаю руки.

— У меня, похоже… не очень правильный подход к клиентам.

Клифф хрипло смеётся. Я вздрагиваю, а мои щеки краснеют то ли от смущения, то ли от гнева. Или от того и другого.

— Ну, это не так уж и смешно, — ехидно говорю я.

— Нет-нет. Прости, прости, — он машет руками и пытается сдержать смешок, закусывая нижнюю губу.

— Я… ну…

— Это же очевидно, не так ли?

— Тот факт, что ты вообще ставишь это под сомнение, почти очарователен.

— Я знаю свои сильные стороны. Но я готова признать и свою неправоту.

Он смотрит на меня так, будто не верит в услышанное.

— Так ты просишь моей помощи? Чтобы… что? Сделать тебя более гостеприимной?

— Да, — отвечаю я.

— Хорошо… э-э… ну, я не знаю, как…

Я крепко зажмуриваюсь и напряженно выдавливаю.

— Пожалуйста.

— Что это было?

— Не заставляй меня повторять это снова.

— Боже, просить о помощи настольно тебе неприятно? Правда? — поддразнивает он. — Ладно, так как я могу помочь с этой… твоей проблемой?

— Мне нужно быть, — я цокаю языком, — теплее, кажется.

— Теплее? — спрашивает он с улыбкой.

— Я сегодня случайно сказала женщине, что хочу украсть её одежду.

Из него вырывается беззаботный смех, и напряжение в моих плечах немного отступает.

Я давлюсь смехом.

— Это было ужасно.

— Но чем я могу помочь?

— Кажется, люди тебя здесь любят.

— Кажется, они любят, — задумчиво говорит он, опираясь локтями на колени и сцепляя руки. Он наклоняет ко мне голову. — Но мне кажется – ты можешь не соглашаться – что тебя я раздражаю.

Я усмехаюсь.

— Ой, да ладно. Я тебя почти не знаю.

— Да ладно, будь честна.

— Ты определённо… отличаешься от тех, с кем я обычно общаюсь.

Он хлопает себя ладонью по груди.

— Ой.

— Эй, ты же сказал…

— Ну, я много чего говорю, — поддразнивает он.

Я пытаюсь сдержать улыбку, что только заставляет его ухмылку становится всё шире.

— Ну, — он разводит руками, — не знаю. Ты, конечно, слишком многого просишь.

— Я не прошу даром, — возражаю я. — Если тебе что-то будет нужно, то я рядом.

Он щурится.

— У меня есть смутное подозрение, что ты пытаешься со мной дружить.

Когда я не отвечаю, он говорит.

— Ага! — Клифф наклоняется ближе, касается моего плеча и шепчет. — Конечно, я помогу, Шелли.

— Мишель, — поправляю я его, уклоняясь от его прикосновения. — Если ты не против.

Не то чтобы мне не нравилось, когда меня называют Шелли. Но это прозвище Аллена. Рокета. Моей мамы. А я ещё недостаточно хорошо знаю Клиффа, чтобы он мог называть меня Ракушкой или Моллюском как это делают мой отец и Сара.