— Я быстро учусь, — отвечает Мишель, снова приподняв брови. Мне нравится, как их касаются пряди её каштановых волос. Это почти изысканно. — Я не хотела отменять приём гостей в последнюю минуту.

— Папа может помочь, — вмешивается Бриттани, прихлёбывая суп с ложки. — Он обещал.

— Конечно, — соглашаюсь. — Мы были довольно близки с твоей матерью, — объясняю я. — Там не хватило кустов, чтобы скрыться от этого ребёнка, — провожу рукой по волосам Бриттани, отчего её хвостик съёжился. — Поэтому ей и твоему отцу пришлось нас терпеть.

— Моя мама была очень щедрым человеком, — говорит Мишель. Обычно, эта фраза сопровождается задумчивой улыбкой с отголоском прекрасного воспоминания из детства. Но она лишь слегка дёргает уголком рта. Не страшно, но словно она чем-то омрачена.

— Полагаю, — скептически соглашаюсь я.

Кэрол вздыхает.

— Она любила этот город.

— Бёрди выиграла конкурс костюмов в прошлом году, — выпаливает Бриттани.

— О да! — говорит Эмили. — Она нарядилась Фредди Крюгером. Это было так круто.

— Ты уже знакома с Лизой и Джорджем? — вставляю я.

Мишель качает головой.

— Кто такие Лиза и Джордж?

— Хорошие друзья твоих родителей, — говорю я. — И ужасные раздражители.

— Джордж и Клифф дерутся как кошка с собакой, — с ухмылкой шепчет Кэрол Мишель.

— Может, если бы он не требовал свежей выпечки днём, я бы так не поступал, — объявляю я, но уже не шёпотом.

Снизу доносится вздох, а затем скрежет собачьих зубов. Я приподнимаю цветочную скатерть и мешаю дочери скормить бордер-колли кусочек сэндвича. Он слизывает остатки с её пальцев.

— Бритт, не корми собаку.

Щёки Мишель заливаются густой краской, и она тоже ёрзает под столом.

— Рокет! — шипит она. — Будь вежливым.

Пёс снова не обращает внимания на хозяйку. Мишель скользит языком за щекой. Наши взгляды под столом встречаются.

— Ему нравится меня игнорировать, — говорит она.

Кэрол выдавливает из себя смех.

— Извините, — говорит Кэрол. — У собаки есть характер – это немного забавно.

Внезапно на кухне звонит телефон. Все застывают, включая меня. Мишель обводит всех нас взглядом.

— Мы не отвечаем на телефон во время ужина, — объясняю я.

— Но это может быть Джош, — умоляет Эмили.

Может быть, это Трейси, которая наконец-то звонит для еженедельного разговора с дочерьми.

Я выдавливаю улыбку.

— Не терпится услышать, что он скажет. Думаешь, речь пойдет о сбережениях?

— Ты такой злой.

— А ты такая смешная.

Эмили хмыкает, но каждый звонок отдаётся в моих ушах.

Я хочу ответить, но было бы лицемерием, если бы я сейчас встал. Она могла бы оставить сообщение. Но возьмёт ли она трубку, если я перезвоню?

Еще один звонок.

И наконец, щелчок, а затем мой собственный приглушенный голос.

— Вы позвонили Клиффу, Эмили и Бриттани, — говорит автоответчик. — Оставьте своё имя и номер после гудка, и мы вам перезвоним.

Затем хор из трёх человек – я, Эмили и Бриттани кричим.

— Пока!

Раздаётся гудок. Мы все втягиваем в себя воздух.

— Эм, привет. Это Джош.

За столом выдыхают.

— Вызываю Эмили. Э-э…— Эмили нетерпеливо ёрзает на стуле, а Джош медленно продолжает, — Да. Я перезвоню позже, наверное.

Несколько недель назад я решил, что Джош, несомненно, тупица. Сухой и скучный.

Он вешает трубку, а я искоса смотрю на неё.

— Он кажется приятным, — говорит Кэрол.

Эмили прикусывает нижнюю губу.

— Можешь меня отпустить? Пожалуйста?

У меня нет настроения спорить, поэтому я киваю.

— Но, эй, не больше часа на телефоне. И если услышите ожидание вызова, переключитесь!

Эмили вскочила со стула и вылетела в дверь на кухню с посудой, прежде чем я успеваю закончить.

Я морщусь, глядя на Мишель.

— В любом случае…

— Мне тоже пора, — говорит она. — Спасибо за ужин. Он был великолепен.

Нет. Суп Эмили был отвратительным, но мы с Кэрол всё равно улыбаемся её вежливости.

Я отодвигаю стул от стола.

— Я тебя провожу.

Мы проходим через кухню, мимо Эмили, прижимающей к уху телефонную трубку. Со скрипом я приоткрываю москитную сетку, пропуская Мишель и её собаку. Меня снова охватывает амбровый аромат её волос.

Я прислоняюсь к дверному косяку.

— Спасибо, что вытерпела нас. И нам жаль. Мы очень любили твою маму.

— Я ценю это, — говорит она, и я ей верю.

— Знаешь, я обещал Бёрди помочь тебе. Ну, вообще-то Саре, но и тебе тоже.

Она приподнимает бровь.

Я невольно усмехаюсь.

— Что?

— Со мной всё будет хорошо, — говорит она, отводя взгляд. — Но спасибо. Мне просто нужно продержаться до декабря.

Интересно.

Её отвращение к этому городу напоминает мне о моей бывшей. Люди, деревья, даже листья – она считала, что весь город, включая природу, сговорился против нее.

— Коппер-Ран не так уж и плох, — говорю я, склонив голову набок. — Бёрди оставила тебе какие-нибудь инструкции?

— Я нашла папку, но ещё не читала. Я надеялась прочесть её сегодня вечером, но…