— Но ты же влюблена! — её руки взлетают в воздух, прежде чем шлёпнуть себя по бёдрам. — Разве этого мало, Шелли? Ты влюблена в этот город. Это место. И в Клиффа. Ты так безумно влюблена в Клиффа, и так больно видеть, как ты всё это бросаешь. Его и гостиницу. И ради чего? Чтобы жить в том дурацком городском доме, который у тебя был с Алленом?

Я стискиваю челюсти.

— Дело не только в этом, и ты это знаешь. Я не могу взять свою жизнь и переехать сюда. У меня есть предложение мечты. Предложение, ради которого я так, так тяжело работала, Сара. Ты даже не понимаешь. Ты понятия не имеешь, чем я пожертвовала ради этой карьеры. Я так много сделала. Мой собственный чёртов брак не выдержал этого. Так почему бы мне не получить то, ради чего я работала? Это то, что у меня есть. То, что я заслуживаю. Эта карьера. У меня нет ничего, кроме этого, и я люблю это. Я не могу это бросить.

Слова вырываются так безумно, что удивляют даже меня.

Сара слишком долго смотрит на меня, затем скованно качает головой. Она саркастически усмехается, захлопывает папку и идёт на кухню. Она останавливается у двери.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, что, может быть, заслуживаешь большего?

Я открываю и закрываю рот, провожу языком по зубам и вздыхаю.

Сара качает головой.

— Просто мысли вслух. Увидимся завтра.

Я тихо бормочу: «Увидимся завтра», но, кажется, она меня уже не слышит.

В ту ночь я не сплю в своей постели. Я пробираюсь между розовыми кустами и вхожу в дом Бёрков, тихонько скрипнув задней дверью. В углу булькает кофеварка, а Клифф сидит с книгой за кухонным столом.

Уголок его губ приподнимается, морщинка у рта становится такой красивой, и я надеюсь, что смогу запомнить её в точности такой, какой она есть, когда буду на другом конце страны.

Я подхожу к нему и опускаюсь к нему на колени. Он кладёт книгу корешком вверх на стол и обнимает меня за талию.

— Простите, мэм. Мы знакомы?

Я улыбаюсь.

— Нет, кажется, мы не знакомы. Я – Мишель.

Я протягиваю руку. Он нежно берет мою ладонь в свою – большую и шершавую по сравнению с моими гладкими пальцами.

— Клифф. И, должен сказать, вы совершенно потрясающая женщина.

Пожатие.

— Кто-то мне это однажды уже говорил.

Он смеётся, прикусив губу.

— Ну, тебе должны говорить об этом каждую минуту твоей жизни.

Пожатие.

— Ты забавный, — говорю я.

— Ни один человек мне этого не говорил.

Пожатие.

— Тебе должны говорить об этом каждую минуту твоей жизни, — шепчу я в ответ.

Он перестаёт жать мне руку и склоняет голову к моей шее.

— Привет, — бормочет он.

— Привет.

— Так и думал, что ты рано или поздно придёшь, — говорит он. — Сделал тебе кофе.

Он кивает на кофейник. Бесцельно проводит ладонью по моей спине. Касается меня. Всегда касается меня.

— И… у меня все еще твой рождественский подарок.

Я выпрямляюсь.

— Да неужели?

— Правда.

Он хлопает меня по заднице, чтобы я поднялась с его колен, а затем идёт к стойке. Он возвращается с маленькой белой коробочкой.

— Я скучала по твоим странным фишкам пекаря, — говорю я со вздохом.

— Кажется, на этот раз я справился, — Клифф ставит коробку на стол. — Попробуй.

Я смотрю на него, потом снова на коробку, открываю крышку и заглядываю внутрь.

Я никогда раньше не видела такого печенья. Это не маффин, но и не булочка. Тесто по текстуре как у круассана, но при этом плотное. Маленькое. Круглое. И пахнет точь-в-точь как жженый сахар.

Я беру его, откусываю и… таю.

Он маслянистый. Слоеный. Мягкий хруст, и немного сахара осыпается на губы. Неаккуратно, но каждая крошка – это тонкий баланс вкусов.

Это так уникально, так восхитительно, что я откусываю ещё раз, проводя языком по губам.

— Что это? — спрашиваю я.

Я смотрю на Клиффа. Он делает глубокий вдох, и тонкая линия у его губ становится глубже.

— Это куинь-аманн.

Я смеюсь.

— Куи что?

Он переступает с ноги на ногу, подходит ко мне и кладёт ладонь мне на поясницу.

— Это французское пирожное. Пирожное, которое, — он наклоняется ко мне на выдохе, — невероятно сложно приготовить. Многослойное. Оно очень похоже на тебя.

— Меня сложно приготовить?

— Очень сложно. В лучшем смысле слова.

Я улыбаюсь.

— Ну, это теперь моё любимое, — объявляю я, отправляя последний кусочек себе в рот.

Он зажмуривается, ухмыляясь.

— Боже, как это горячо. Повтори ещё раз.

Я наклоняюсь ближе.

— Это моё любимое, Клифф.

Глядя на меня из-под полуприкрытых век, он хватает меня за руку и тащит по коридору. В тот момент, когда дверь его спальни закрывается, мы тянемся друг к другу. Клифф обхватывает мою голову и целует. Дико. Страстно.

Он стягивает с меня рубашку через голову, а я обхватываю его челюсть. Я кусаю его губу, когда он задирает подол моей обтягивающей юбки к талии. Мы вместе падаем на матрас.