Уэс должен был быть его преемником, а не я. Он не мог просто назвать своего первого сына в честь себя. Ему нужно было произвести впечатление. Так Уэс Уэстин родился, чтобы продолжить семейное наследие. Маленький Уэс с самого начала дал понять, что он будет создавать проблемы для нашего семейного имени, поэтому Натаниэль собрал лучших врачей – и чашки Петри – которые можно было купить за деньги, и обеспечил себе ещё одного сына. Его тезку. И его самый большой провал. Он просто ещё не знает об этом. Не могу дождаться, чтобы увидеть его лицо, когда я уеду прочь от мечты, которую он для меня приготовил.

Мечты, которые он приготовил для себя.

Подъезжаю к школе, и мой гнев от ссоры начинает рассеиваться при мысли о том, что я уезжаю отсюда. Я договорился о репетиторе по физике, чтобы поднять свои оценки до середины семестра. Ещё девять месяцев, и я брошу в воздух свою шапочку, сяду в машину и уеду в Университет штата Огайо с полной стипендией и разорванными связями с Натаниэлем Уэстином.

Надеюсь, репетитор, которого предоставила школа, знает своё дело, потому что физика даётся мне нелегко. Мне понадобится какой-то волшебник. Последний год только начался, а я уже отстаю. Обычно я хорошо учусь, но Натаниэль в последнее время заставляет меня работать в качестве его правой руки на всех благотворительных мероприятиях. Это год выборов, поэтому ему нужно убедить всех, что мы — сильная, сплочённая семья.

Такая тяжелая работа не оставляет много времени на учебу.

Можно было бы подумать, что он будет подчеркивать важность хороших оценок, учитывая, что я, как и он, должен поступить в юридическую школу, но, скорее всего, он планирует подкупить кого-нибудь, чтобы я поступил в престижный университет. Его разочаровавший сын не сможет поступить без обещания построить новый корпус факультета.

Шагаю к школе, пытаясь представить, кто будет моим репетитором. Я не особо общаюсь с отличниками, так что уверен, что даже не буду знать, кто этот парень. Он наверняка знает меня, как капитана футбольной команды. Я только надеюсь, что этот человек не будет для меня занозой в заднице.

Нет нужды в пустой болтовне или дружбе. Научи меня тому дерьму, что мне нужно знать, а затем двигайся дальше. Мне не нужны связи в этом городе. От поверхностных друзей легко избавиться. Настоящая дружба означает, что нужно от чего-то отказаться или от чего-то уйти. Это значит позволить кому-то увидеть то, что скрывается за маской, которую я оттачивал со средней школы. Позволить кому-то узнать настоящего меня, а не ту часть, которую я играю – самоуверенного богатого парня без каких-либо амбиций. Настоящая дружба означает быть уязвимым. Это значит показать свою жизнь такой, какая она есть на самом деле, а не той сказкой, которую создали мои родители.

Направляюсь в библиотеку, где, по словам школьного психолога, меня будет ждать репетитор, но я его не вижу. Понятно, что меня назначили к единственному ботанику, который не приходит в школу рано. Я оглядываю комнату в поисках стола и понимаю, что у меня есть неограниченный выбор. Школьная библиотека не переполнена в субботу... да и вообще никогда.

Здесь только один человек, девушка в дальнем углу. Она замечает, что я её вижу, и поднимает руку, стеснительно помахивая.

Она чертовски красива. Определённо не из моего класса.

Мои ноги начинают двигаться без моего разрешения, направляясь к её столу. Столы в том конце библиотеки явно лучше, верно?

Её красивые зелёные глаза поднимаются, чтобы встретиться с моими, и я клянусь, что моё сердце пропускает целый чёртов удар. Боже мой. Кто я? Шекспир?

Её полные пухлые губы приподнимаются с одной стороны, даря мне полуулыбку, пока она заправляет прядь своих тёмных каштановых волос за ухо. Чувствую, как сердце бешено колотится в груди. Я никогда раньше не испытывал таких чувств к девушке. Как будто я бензин, а она спичка; меня тянет к опасному огню, который вот-вот разгорится между нами. Чувствую, как невидимая нить тянет меня ближе, в то время как мой здравый смысл кричит: «ОПАСНОСТЬ! Никаких связей!»

Я пытаюсь взять себя в руки, прежде чем открыть рот и начать изрыгать сонеты вместо игр. Это смешно. Она, наверное, такая же фальшивая и зацикленная на себе, как и все другие девушки, с которыми я связывался в этой школе. Я точно знаю, что она видит, когда смотрит на меня. Деньги моего отца. Мои будущие деньги. Мою фамилию. Она с удовольствием развлекала бы богатого капитана футбольной команды, у которого в голове нет ни одной нормальной мысли, она, наверное, предпочла бы именно это.

После этой небольшой мотивационной речи я чувствую, как очарование улетучивается, и поворачиваю налево вместо направо, уходя в противоположном от неё направлении. Мне сейчас не нужны никакие отвлекающие факторы. Независимо от того, насколько «завораживающими» являются её глаза.

Я слышу, как девушка прочищает горло, прежде чем нервно окликает мою удаляющуюся спину:

— Эм, Нейт... Нейтан?

— Да? — я не поворачиваюсь, чтобы посмотреть на неё, но её сладкий голос обволакивает меня, как тёплое одеяло. Я хочу услышать больше, но не хочу снова попасть в её сети. Я уже потерял рассудок от одного её взгляда.

— Я, эм... ну, я имею в виду, мы можем сесть где угодно. Просто в этом углу обычно меньше отвлекающих факторов.

Меньше отвлекающих факторов...

Нет.

Она мой репетитор?