Я не могу представить, как это выглядит с её стороны. Бесшумный обмен, происходящий прямо перед ней, который, возможно, не был таким бесшумным, как мы думали. Я не идиот. Я знаю, что мои глаза выдают мои чувства каждый раз, когда я смотрю на Элли. И знаю, что Кэти становится всё труднее и труднее это игнорировать.

Господи.

Она слышала, что я сказал? Она отменит нашу свадьбу? Блять. Мне нужно, чтобы она ещё немного притворялась. Мне нужно, чтобы она вела себя так, как будто у нас всё в порядке, как будто она ничуть не беспокоится о том, что проведёт свою жизнь с мужчиной, который едва ли прикасается к ней. С мужчиной, который смотрит на её сестру, как будто он застрял в пустыне, а она – его оазис.

Я не буду ей лгать, если она спросит правду, но я не готов поделиться этой правдой. Не думаю, что она готова услышать эту правду. Если я скажу ей сейчас, всё будет испорчено: все жертвы, которые я принёс, вся ложь, которую я сказал. Всё будет напрасным. Но я скажу ей, если она спросит. Это самое меньшее, что она заслуживает.

— Привет, милая, — говорю я, почти как вопрос. — Думал, ты собиралась пойти в душ?

— У тебя нет прозвища для меня, — тихие слова пронизаны глубокой печалью, которую я никогда раньше не слышал от неё. Спадает маска, которую она носит, чтобы скрыть своё прошлое. Маска, которую, как я недавно узнал, она носит с того дня, как мы встретились.

— Я зову тебя «милая», — отвечаю я, не зная, что ещё сказать. Мы оба знаем, что она имеет ввиду моё прозвище для Элли, а не какое-то банальное ласковое обращение.

Её улыбка напряжённая.

— Да. Пойду приведу себя в порядок.

Она отворачивается, не говоря ни слова, и, зажав плечи, уходит по коридору. Я смотрю ей вслед, желая утешить её. Желая обнять её и сказать, как сильно я её люблю. И я действительно люблю её, но не так, как ей нужно. Когда она смотрит на меня, она видит своё будущее. Когда я смотрю на неё, я вижу необходимое препятствие на пути.

Боже мой. Я грёбаный мудак.

Но это неправда. Она гораздо больше, чем просто препятствие на моем пути. Она была причиной всех моих улыбок за последние два мучительных года. Она моя постоянная спутница на просмотрах фильмов ужасов. Она мои субботние вечера дома. Она причина смеха, который вырывается из глубины моей груди. Она рука, которую я держу. Губы, которые я целую. Тело, которое я обнимаю.

Но она не Элли.

Я беру телефон с прилавка и поднимаюсь наверх в запасную спальню с примыкающим балконом. Я выхожу на солнце и на мгновение ослеплён, пытаясь найти нужный номер. Я обычно звоню только на три номера, поэтому её номер найти несложно. Телефон звонит два раза, прежде чем она отвечает.

— Прошло ровно тридцать шесть минут с тех пор, как ты в последний раз звонил мне, чтобы проверить, как я. Как будто тебе уже всё равно, — её саркастический ответ заставляет меня смеяться. Несмотря на то, что она звучит раздраженно, я знаю, что она с нетерпением ждет моих звонков.

— Ты выздоравливаешь, Эмс. Позволь мне беспокоиться о тебе.

Я закрываю балконную дверь на четверть, оставляя небольшую щель, чтобы слышать Кэти.

— Я поправилась шесть месяцев назад, — без выражения ответила она, — но спасибо, что не исчез как твой лучший друг.

— Эш не исчез, Эмс. Он был за границей последние шесть месяцев.

— Я знаю, — вздохнула она. — Просто...

Я жду, пока она скажет что-нибудь ещё, но она молчит.

— Он любит тебя, Эмс. Просто у него были важные семейные дела. Ты же знаешь, что он был бы здесь, если бы мог. Ты для него как сестра.

Я знаю, что это правда, но мне всё же странно, что мой лучший друг решил исчезнуть в тот момент, когда Эмми нужна была поддержка брата. Бог знает, где был Уэс.

— Да... практически. В любом случае, что происходит? Всё ещё планируешь поездку с Элли?

— Да, — я хмыкаю. — Если Кэти не отменит свадьбу первая. Я все испортил. Я сказал Элли, что не планирую жениться.

— Нейтан! Как именно это всё исправит?

— Никак. Я знаю, что никак. Мне просто нужно было, чтобы она узнала правду. Боль в её глазах разрывает мне душу каждый раз, когда я её вижу. Знаю, что она не выслушает меня, если её не заставить, но прошло уже восемь проклятых лет. Не знаю, сколько я ещё смогу это выносить.

— Да, ну, если Кэти об этом узнает, она расторгнет вашу помолвку. И ты можешь попрощаться с любой возможностью побыть с Элли наедине.

— Это не помогает.

Я закатываю глаза, хотя она меня не видит.

— Я буду стоять у её дома, если понадобится. Она должна знать, почему всё так сложилось. Она должна знать, как я, чёрт возьми, сожалею... как сильно я всё ещё люблю её.

Я слышу шум в спальне и заглядываю туда, но там никого нет.

— Ты когда-нибудь задумывался, что, может быть... может быть, всё пойдёт не так, как ты надеешься? Я не хочу тебя расстраивать, Нейтан. Но прошло уже восемь лет. Есть очень реальная вероятность, что у тебя ничего не получится.