Я вздохнула, понимая, что в этом замке моя репутация окончательно превратилась в коктейль из магии, страсти и куриного супа. Но, глядя на сияющую Грету, я поняла: в этой войне за замок и генерала у меня теперь есть своя маленькая, но очень преданная армия.

Глава 18. Кулинарная зоология и промышленный шантаж

Жаль, слухами сыт не будешь. На обед всем подали настолько несъедобную похлёбку, что я невольно задумалась о раздвоении личности у нашего повара, ведь утренний бульон был великолепен.

Решительно запретив Эдриану травить себя этой гадостью, я прямиком отправилась на кухню.

– Значит так, Магистр Грюль, – я задержалась на пороге и поправила фартук, который на моей фигуре смотрелся скорее как декоративная салфетка на танке, а потом шагнула в святая святых. – Либо мы сейчас проводим полную инвентаризацию этой обители холестерина, либо я сообщу генералу о попытке отравления. А генерал у нас мужчина суровый, он за подобные выкрутасы может и в наряд отправить.

Повар, напоминающий по форме очень большой и очень недовольный пельмень, воззрился на меня с такой скорбью, будто я предложила ему зажарить единорога на медленном огне.

– Женщина на кухне – это к несварению, – процедил он, поправляя высоченный колпак, который явно служил антенной для связи с богами кулинарии. – И вообще, как ты посмела бросаться такими обвинениями? У меня Магистерская степень по соусам!

– А у меня чёрный пояс по занудству и диплом врача, – холодно парировала я, небрежно отодвигая в сторону мешок с чем-то подозрительно пахнущим. – Мы же недавно выбросили испорченные продукты. Откуда ты принёс это? Из амбара? Грюль, я даю тебе три минуты на мирные переговоры, а потом перехожу к боевым действиям.

Взяв в руку начищенную до блеска сковороду, я прикинула её вес. Повар при этом втянул голову в плечи и недовольно засопел. Судя по тому, как он морщил мясистый нос и шевелил ушами, в его голове происходила эпическая битва между гордостью и нежеланием обзавестись шишкой на лбу.

– Ладно, – наконец сдался он. – Пущу тебя в амбар. Но только если расскажешь рецепт тех самых булочек. Открой мне секрет! Как они получаются такими вкусными, что конюх Брут от одного запаха пытается сгрызть дверной косяк?

– По рукам, – я положила сковороду на место и отряхнула руки. – Рецепт простой! Щепотка любви к ближнему, два фунта сливочного масла и полное отсутствие свидетелей во время замеса.

И покинула кухню. Грюль, гремя ключами, поспешил за мной. Когда мы вышли во двор, он обогнал меня, чтобы открыть замок, а потом отступил с видом оскорблённой невинности:

– Как видишь, у меня тут всё прибрано! Только вот ещё не успел муку в ящик пересыпать. Её только вчера привезли…

Я подошла к серому мешку муки, намереваясь открыть свой секрет по текстуре теста. Мои булочки отличались от тех, что пёк повар, одним лишь действием: я тщательно и многократно просеивала лежалую муку, разбивая комочки и наполняя её воздухом. Только так тесто получалось таким же пышным, как мои несомненные достоинства.

– Итак, начнём с основы основ...

Я запустила руку в муку, собираясь продемонстрировать повару комочки, но тут же вытащила её обратно и ахнула:

– Мама дорогая!

На моих пальцах бодро шевелилась делегация маленьких чёрных жучков. Кажется, у них там в мешке был запланирован съезд, а я бесцеремонно прервала пленарное заседание.

– Грюль, – я брезгливо вытерла руку о тряпку, – поздравляю. У нас в муке зародилась новая цивилизация. Скоро они изобретут колесо и потребуют независимости от кухни.

Повар подошёл, заглянул в мешок и выдал такую тираду, что даже у сундуков, кажется, покраснели крышки.

– И мука тоже испорчена? – вспылил повар. – Эта старая жаба Шпитс опять купила самое дешёвое у старьёвщика Сэма! Я ей говорил: «Магистр Грюль не готовит из пыли и насекомых!», а она мне: «Экономия, магистр, экономия – залог процветания замка». Да на этой экономии только плесень и процветает!

– Процветание – это прекрасно, но я не планировала добавлять в рацион генерала хитин, – радуясь, что приказала вылить весь обед, проворчала я. – Если с мукой такая беда, то что было с тем мясом?

– Эм… – покраснел Грюль и, виновато стянув с головы колпак, отвёл взгляд. – Вам действительно хочется это знать?

Вспомнив, что экономка к похлёбке не притронулась, ограничившись куском хлеба, я тут же передумала.

– Лучше скажи, где найти госпожу Шпитс? Мне нужна книга учёта. И, судя по этим жукам, ещё нужно антибактериальное мыло и литр святой воды для протирки совести нашей экономки.

Оставила Грюля оплакивать свою кулинарную репутацию и отправилась на поиски. В комнате её не оказалось, в столовой тоже. Ноги сами вынесли меня к малой гостиной, и я уже собиралась толкнуть дверь, когда услышала тихие голоса. Резкие, шипящие и подозрительно знакомые.

Я замерла в нерешительности. Подслушивать – нехорошо, но в этом магическом серпентарии – жизненно необходимо для сохранения целостности организма.