Я приблизилась к кровати, чтобы забрать пустую баночку из-под эликсира, и мужчина повернулся на бок, продолжая следить за мной взглядом.

– Ваша невеста очень... экспрессивна, – заметила я и невольно покосилась на его обнажённый торс, который в лучах утреннего солнца казался отлитым из бронзы. – Боюсь, мой диагноз о «патологии характера» подтверждается с каждым её визитом.

Эдриан неожиданно протянул руку и перехватил мои пальцы. Его ладонь была горячей и сухой, а хватка – властной, но на удивление бережной.

– Марина, – позвал генерал, и я посмотрела ему в глаза. – То, что вы сделали, восхищает... И не только в плане медицины. Вы первая, кто не побоялся Изольды в этом доме. И первая, кто защитил меня от её назойливого присутствия. В столице это назвали бы сражением. И вы победили, даже будучи в одной сорочке.

Моё сердце снова пустилось вскачь, но на этот раз не от страха. Я видела, как расширились зрачки Эдриана, когда он скользнул взглядом по моей промокшей одежде.

– Я врач, генерал, – тихо ответила я, пытаясь высвободить руку. – Моя работа – создавать условия, способствующие выздоровлению.

– В таком случае, – Эдриан подтянул мою ладонь к своим губам и едва коснулся костяшек, не сводя с меня тёмного, пристального взгляда, – я требую немедленного продолжения курса лечения. Кажется, мне жизненно необходима ваша... «наука». И, возможно, ещё немного вашего общества.

В этот момент за дверью послышались торопливые шаги и приглушённый шёпот служанок – новости в замке вар Кросс разлетались быстрее, чем искры от костра. Я поняла, что через пять минут весь замок будет знать: лекарь-попаданка и генерал провели ночь вместе, а невеста была с позором изгнана из спальни. И, честно говоря, глядя в искрящиеся глаза Эдриана, не чувствовала ни капли раскаяния.

Но оставаться в спальне генерала дольше было нельзя, иначе я не сдержу эмоций и выйду из роли врача… под таким-то взглядом!

Я выскользнула в коридор и едва не врезалась в Грету. Молодая служанка, кажется, дежурила у двери с того самого момента, как из комнаты с воплями вылетела Изольда. В руках девушка держала пушистый шерстяной плед, а её лицо, теперь гладкое и чистое – предмет её бесконечной гордости и моей врачебной победы над акне – сияло от восторга.

– Госпожа Марина! – Грета набросила на мои мокрые плечи плед и тут же сунула в руки большую глиняную кружку. – Пейте быстрее, тут бульон куриный, Грюль только-только снял с огня.

Она бережно подхватила меня под локоть и потянула в сторону моих покоев, то и дело преданно заглядывая мне в глаза.

– Идёмте скорее, пока эта... леди де ла Валль снова не выскочила из-за ближайшего угла. Ох, что вы с ней сделали! Весь замок только об этом и говорит!

Мы зашли в мою комнату, где Грета тут же принялась суетиться: подбросила дров в камин, принесла сухую одежду и усадила меня в кресло, не забывая при этом возбуждённо тараторить.

– Лакей Пейн, – Грета заговорщицки понизила голос, – клянётся, что видел через щель в двери, как вы одной рукой держали генерала, а другой – вызвали молнию прямо из потолка! Говорит, вода в стакане Изольды закипела за секунду и ошпарила ей нос, оттого она так и визжала, как поросёнок. Пейн теперь за версту вас обходить будет. Боится, что вы его в жабу превратите за нечищенные сапоги.

Я сделала глоток бульона. Тёплый, наваристый, он пах укропом и возвращал меня к жизни.

– Грета, ну какие молнии? – я слабо улыбнулась. – Я же просто врач.

– Врач или нет, а конюх Брут уже всем раззвонил, будто вы – замаскированная эльфийка, – Грета хихикнула, расправляя моё сухое платье. – Мол, генерал всю ночь не спал, потому что вы пели ему песни на языке эльфов, отчего его ноги начали светиться синим пламенем. Брут говорит, что видел, как в окно спальни лорда залетали совы и приносили вам редкие коренья прямо в клювах!

Я поперхнулась бульоном, представив этот орнитологический десант. Но Грету было не остановить.

– А Магистр Грюль! – девушка всплеснула руками. – Тот вообще объявил на кухне, что теперь будет готовить вам только королевские деликатесы. Сказал, что видел, как вы приворожили генерала... начертив на его спине знак особый! И теперь, мол, лорд вар Кросс не прикоснётся к еде, пока вы не нарисуете такие знаки на всей посуде. Грюль теперь каждое блюдо натирает до блеска в ожидании вас!

Грета присела у моих ног, глядя на меня с таким обожанием, будто я была не просто лекарем, а сошедшей с небес покровительницей всех дурнушек. Или, как минимум, Феей-крёстной из сказки.

– Вы её так красиво выставили, госпожа Марина! Даже я, стоя в коридоре, почувствовала дрожь от вашего властного голоса. Леди Изольда уползла к себе, как побитая собачонка, а лорд Эдриан... Ох, я видела, как он на вас смотрел! Так на целителей не смотрят, клянусь своей чистой кожей!