Ни капли не впечатлённая, но слегка раздражённая, Делайла поворачивается к нему с пустым, утомлённым выражением: 

— У меня внезапно появилось дело, — отвечает она уклончиво, чем только сильнее его заводит. 

— В следующий раз, если тебя нужно подвезти — звони мне, — говорит он Оливии, но это звучит как приказ, а не просьба. 

Я небрежно закидываю руку на спинку стула Оливии. Пусть у этого типа взорвётся мозг, раз уж он ведёт себя как жутко собственнический придурок. 

— Она может звонить кому угодно, — бросаю я спокойно, хотя внутри меня всё кипит, раздражение пульсирует в крови. 

Этот пацан уже сидит у меня в печени. Я понимаю, что он, скорее всего, по уши втрескался в Оливию, но это не даёт ему права вести себя так, словно она его собственность. Разве что он её парень… Хотя я даже не рассматривал такую возможность. Но судя по тому, как они общаются, это крайне маловероятно. Да даже если бы и был, она всё равно вольна делать всё, что захочет. 

Оливия благодарно бросает на меня быстрый взгляд, а Крысёныш лишь зло фыркает, так и не найдя приличного ответа, после чего плюхается на стул по другую сторону от Делайлы. 

И тут ножки пустого стула рядом со мной громко скрипят, царапая пол. Я поворачиваю голову, и в поле зрения мелькают чёрные, как смоль, волосы: длинные, гладкие, переливающиеся, которые хозяйка эффектно отбрасывает за загорелое обнажённое плечо. Вслед за этим — хищная улыбка и сочащиеся жаром зелёные глаза, которые я узнаю мгновенно. 

— Привет, Бронкс, — пропевает Адрианна ядовито-сладким, нарочито флиртующим голоском, а вся её свита рассаживается рядом, занимая ряд. 

— Адрианна, — коротко отвечаю я, чувствуя, как поднимается новая волна раздражения.

— Эти места свободны, да? — спрашивает она, улыбаясь так, будто у неё нож за спиной.

Я не успеваю что-то сказать, как профессор уже заходит в аудиторию, включает проектор и сразу начинает лекцию.

Минут через десять чувствую, как чья-то рука опускается мне на правое колено. Моё тело невольно напрягается. Я резко поворачиваюсь, успевая увидеть лишь её профиль. Адрианна спокойно делает пометки, изображая невинность, но по едва заметной дрожи губ я понимаю: она давится от желания улыбнуться шире. 

Я решаю проглотить это, не устраивать сцену. До тех пор, пока её рука не начинает скользить выше. 

Я резко роняю ручку и незаметно ловлю её запястье под столом, пресекая движение. Снова вскидываю взгляд на неё и опять вижу только идеальный профиль и подчеркнуто деловое выражение лица. Но теперь она уже даже не пытается скрыть ухмылку. 

Наклоняюсь к ней, мои губы почти касаются её уха: 

— Тебе лучше перестать это делать прямо сейчас, — тихо предупреждаю, и она лишь шире улыбается, принимая угрозу за приглашение к игре. 

Минуту спустя, уверившись, что она угомонилась, я медленно отпускаю её запястье, поднимаю ручку и торопливо записываю пропущенные слайды. Не проходит и минуты, как её рука резко скользит от середины моего бедра вниз и хватает меня через джинсы. 

Я чувствую, как меня прошибает током. Я чуть не взлетаю со стула, привлекая несколько удивлённых взглядов.

Неловко закашляв, пытаюсь замаскировать реакцию, и тут же перехватываю её запястье, грубо отодвигая руку, стараясь при этом не производить ещё большего шума, чем уже произвёл. 

Я бросаю взгляд на Оливию. Но она уже смотрит на меня. Брови сведены, голова чуть наклонена набок, и немой вопрос стоит в глазах. 

Я натягиваю вымученную улыбку. 

— Всё нормально, — шепчу, чтобы её успокоить. — Просто… в горле что-то щекотнуло, — бормочу жалкое оправдание, пытаясь прикрыть то, что на самом деле только что произошло. Потому что, боже, если бы она знала…

Она смотрит на меня недоверчиво, тревога всё ещё читается на её лице. Я дарю ей ещё одну ободряющую улыбку, и хоть по её глазам видно, что она мне не верит, Оливия всё же отпускает ситуацию и нехотя возвращается к конспектам. 

Кипя от злости, я тихо поднимаюсь и выскальзываю из лекционного зала в длинный коридор, направляясь к ближайшему туалету. Захожу внутрь, начинаю нервно расхаживать по пустому помещению и дергать себя за волосы. Когда я пинаю дверцу кабинки, она резко распахивается и с грохотом ударяется о стену. 

Чёртова Адрианна. 

Не верится, что она опять начала эту хрень. Признаю, на первом курсе было даже немного льстяще, что самая горячая девушка в кампусе без ума от меня, но теперь это просто до черта раздражает. Она не понимает, когда нужно остановиться. Я говорил ей с самого начала, что не хочу ничего серьёзного. Она играла в согласие, но неизменно становилась собственницей, всё время требовала большего. По кругу и по кругу. Она делает вид, что её устраивают просто встречи ради секса, но потом начинает давить на меня, и тогда я отстраняюсь, стараясь быть хорошим парнем… но она всегда возвращается. Этот цикл бесконечен. 

Так дальше продолжаться не может.