Каин, пригнувшись, продолжал вести огонь по оставшимся двоим, но его взгляд на секунду встретился с ее. В нем не было ни одобрения, ни осуждения. Только констатация факта. Что сделано, то сделано.

— Отходим! — крикнул он, отступая к коридору. — Газ рассеется, но их больше!

Эвелин, все еще в ступоре, машинально последовала за ним. Она бросила последний взгляд на «Улей» — ее лабораторию, ее исследования, ее первое за долгое время подобие дома. Все было перечеркнуто дымом, кровью и грубой силой.

Они ворвались в узкий бетонный тоннель, и Каин с силой захлопал тяжелую стальную дверь, повернув маховик замка.

— Надолго это не задержит, — он тяжело дышал, вытирая с лица копоть. — Но даст нам фору.

Он посмотрел на Эвелин. Она стояла, прислонившись к стене, все еще сжимая пистолет.

— Ты в порядке? — его голос был лишен обычной насмешки.

Она медленно покачала головой, потом кивнула, потом снова покачала. Слова не шли.

— Хорошо, — сказал он просто. — Это пройдет. А вот и нет, — поправился он, увидев ее взгляд. — Но ты научишься с этим жить. Или сдохнешь. — Он взял ее за локоть, его прикосновение было твердым, но не грубым. — Двигайся, доктор. Лаборатория сгорела. Но война... война только началась.

Тоннель был низким и сырым, пахнущим плесенью и остывшим металлом. Гулкие шаги отдавались эхом по бетонным стенам. Каин шел впереди, его силуэт выхватывал из мрака луч мощного фонаря на прикладе его Uzi. Эвелин следовала за ним, автоматически переставляя ноги. В ушах все еще стоял оглушительный грохот, а перед глазами стояло искаженное лицо под шлемом.

— Куда? — ее собственный голос прозвучал хрипло и чужим.

— Глубже, — коротко бросил Каин, не оборачиваясь. — Система старых дренажных тоннелей и бомбоубежищ. «Улей» был лишь верхушкой айсберга. Надеюсь, у тебя нет клаустрофобии.

Следом за ними донесся приглушенный удар — это штурмовики Молоха пытались взломать дверь. Звук заставил Эвелин вздрогнуть и инстинктивно сжать пистолет.

— Они... отстанут? — она сама услышала наивность своего вопроса.

Каин фыркнул.

— Молох не отстает. Они как термиты. Будут прогрызаться, пока не найдут древесину. Или пока их не раздавишь. — Он резко остановился перед развилкой. Два одинаковых туннеля уходили в темноту. Каин на мгновение закрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то, потом уверенно свернул налево. — Нам нужно выйти на связь.

— С кем? — Эвелин едва поспевала за его быстрым шагом. — Я думала, мы одни.

— Одинокие волки в нашем мире долго не живут. Просто я предпочитаю выбирать компанию. — Он бросил на нее быстрый взгляд. — Ты же не думала, что я буду вечно таскать тебя по подземельям, как котомку с провиантом?

Они спустились по ржавой лестнице в еще более узкий коллектор. В воздухе висела тяжелая, промозглая сырость. Каин подошел к неприметной металлической двери, замаскированной под технологический люк. Он не стал ее открывать. Вместо этого он трижды с силой стукнул костяшками пальцев по определенному месту на стене.

Прошло несколько томительных секунд. Затем часть стены бесшумно отъехала в сторону, оказавшись замаскированной панелью. За ней стоял худой мужчина в очках с толстыми линзами и в потрепанном свитере. Он нервно покусывал губу.

— Каин. Опять влип? — его голос был тихим и скрипучим.

— Всегда, Лео. Это мое природное состояние, — Каин проскользнул внутрь, потянув за собой Эвелин. — Знакомься, доктор Шоу. Лео — наш глаза и уши в эфире. Лучший радист и взломщик сетей на восток от Темзы.

Комнатка Лео была завалена радиоаппаратурой, катушками с магнитной лентой и мониторами с зелеными символами на черном экране. Воздух гудел от работы десятков вентиляторов.

Лео с любопытством уставился на Эвелин.

— Так это та самая... — он не договорил, поймав предупреждающий взгляд Каина. — Ладно, ладно. Что случилось?

— «Улей» пал. Штурмовали ребята с Молоха. Нужно узнать, насколько далеко расползлась информация. И найти нам новую крышу. Быстро.

Лео кивнул и устроился за одним из терминалов, его пальцы застучали по клавиатуре с нечеловеческой скоростью.

— Дай пять минут. Сижу на нескольких каналах их переговоров. Если болтают — услышу.

Эвелин прислонилась к стене, чувствуя, как адреналин наконец начинает отступать, сменяясь глухой, всепоглощающей усталостью. Она только что убила. Ее убежище уничтожено. И теперь они прятались в норе какого-то техно-отшельника.

— Не зацикливайся, — тихо сказал Каин, стоя рядом. Он не смотрел на нее, уставившись в стену. — Тот, кого ты завалила, не был невинной овечкой. Он пришел туда, чтобы выпотрошить тебя, как рыбу, и выжать из твоих внутренностей все до последней капли. Ты сделала то, что должно было быть сделано.

— Я знаю, — прошептала она. — Но знать и чувствовать — разные вещи.

— Чувства — роскошь, которую мы не можем себе позволить. Пока. — Он наконец посмотрел на нее. — Сохрани их. Припрячь. Когда-нибудь, когда это будет безопасно, ты сможешь их достать и разобраться. Но не сейчас.