— Именно так, — Каин прислонился к косяку двери, скрестив руки. — Кассиан позаботился. Твое исчезновение объяснят как добровольный уход. Нервное истощение. Не выдержала давления. Очень удобно. Никаких лишних вопросов от полиции.

Он был прав. Ее стерли. Сделали несуществующей. Гнев, холодный и острый, кольнул ее под ложечкой.

— Алоизиус? — спросила она, откладывая газету.

— Ждет нас внизу. За завтраком. — Каин оттолкнулся от косяка. — И да, он будет задавать вопросы. Тебе не обязательно отвечать. Но я бы посоветовал не врать. Он это чувствует.

Спуск по винтовой лестнице показался еще более долгим и душным, чем подъем. Внизу их уже ждал Алоизиус. На сей раз его лицо не было скрыто капюшоном, и Эвелин смогла его разглядеть.

Оно было худым, почти высохшим, с кожей цвета старой слоновой кости. Его черты были утонченными, почти женственными, но в них не было ни капли мягкости. Глаза — большие, совершенно черные, без видимых зрачков — казалось, поглощали свет. Он сидел за длинным дубовым столом в огромной, темной столовой, заставленной чучелами экзотических животных и неопознанных существ. Перед ним стояла фарфоровая чашка с густой, темной жидкостью, пахнущей железом и пряностями.

— Доктор Шоу, — произнес он, и его голос-шелест был чуть громче, чем накануне. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули в наших... скромных апартаментах.

— Спасибо, — коротко кивнула Эвелин, садясь на стул, который ей молча указал Каин.

— Каин просил меня кое-что узнать, — продолжил Алоизиус, его черные глаза уставились на нее, не моргая. — О передвижениях его бывших... associates. И о некоторых медицинских аспектах, которые могут вас заинтересовать.

Он сделал глоток из своей чашки, и Эвелин увидела, как его неестественно длинные пальцы сжимают тонкую ручку.

— Но прежде чем углубляться в деловые вопросы, я должен задать один. Личный. — Он наклонился вперед, и воздух вокруг снова похолодел. — Что вы чувствовали, доктор, когда поняли, что ваша кровь... не совсем ваша? Что она стала предметом охоты существ, которых ваша наука отрицает?

Вопрос повис в воздухе, острый и неожиданный. Каин замер, наблюдая за ней, но не вмешивался.

Эвелин встретила взгляд Алоизиуса. Врать было бесполезно.

— Сначала — отрицание. Потом — страх, — ответила она честно. — А потом... любопытство. Как ученый, я не могу игнорировать аномалию. Даже если эта аномалия — я сама.

На безжизненном лице Алоизиуса появилось нечто, отдаленно напоминающее улыбку.

— Прекрасный ответ, — прошелестел он. — Большинство ломаются. Ищут спасения. А вы... ищете ответы. — Он отпил еще глоток. — Кассиан недооценил вас. Это его слабость. Он видит ресурсы, а не потенциал.

Он отодвинул чашку.

— Что ж. К делу. Кассиан действительно отозвал своих охотников с основных магистралей. Он сосредоточил силы вокруг Лондона и своих основных владений. Он ждет. Он считает, что голод и отчаяние заставят вас совершить ошибку. Или... что нечто иное выдаст вас.

— Что именно? — спросил Каин, его голос прозвучал резко.

Алоизиус повернул к нему свой черный взгляд.

— Он ищет не только ее. Он ищет вас, Каин. Он считает, что ваше появление не случайность. Он уверен, что между вами... возникла связь. Симпатия. Или нечто большее. И это, по его мнению, — ваша общая уязвимость.

Эвелин почувствовала, как по спине пробежал холодок. Кассиан не просто охотился. Он анализировал. Просчитывал. И ставил на их эмоции.

Каин усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— Старый параноик.

— Опасливый реалист, — поправил Алоизиус. — И у меня для вас есть еще один сюрприз. Небольшой. — Он вытянул из складок своего одеяния маленький, темный кристалл и положил его на стол. — Ваш старый друг Мориган... он не покинул игру. Он следует за вами. На почтительном расстоянии. И у него... свои планы.

Камень на мгновение вспыхнул тусклым зеленым светом, и в нем мелькнуло расплывчатое изображение — силуэт, скрывающийся в тени деревьев на опушке леса, окружавшего поместье.

Каин медленно поднялся, его лицо стало каменным.

— Предатель, — прошипел он. — Я должен был покончить с ним в тех катакомбах.

— Возможно, — согласился Алоизиус. — Но теперь он здесь. И это меняет расстановку сил. — Его черные глаза снова перешли на Эвелин. — Одна ночь в нашем мире, доктор Шоу, и вы уже в центре бури. Поздравляю. Теперь вопрос в том... кого вы хотите видеть ее эпицентром?

Он встал, и его тень, удлиненная и искаженная, поползла по стене.

— Подумайте над этим. А я... я пойду подсчитаю свой долг, Каин. Он растет. — И с этими словами он бесшумно удалился.

Эвелин осталась сидеть за столом, глядя на дверь, в которую он исчез. Всего один день. Всего одна ночь. А она уже была разменной монетой в игре между вампиром-изгоем, вампиром-аристократом, вампиром-предателем и вампиром-коллекционером.

Она посмотрела на Каина. Он стоял, сжав кулаки, его взгляд был устремлен в пустоту, но она видела в нем не ярость, а холодный, безжалостный расчет.

— Что будем делать? — тихо спросила она.

Он медленно перевел на нее взгляд, и в его золотых глазах вспыхнул знакомый огонь.