Специально для мироздания уточню: я совершенно не жалуюсь на условия своего появления в этом мире. Быть магическим, но голодным и голожопым друидом-слабосилком посреди стремного леса мне совершенно не хотелось. Но всё же магия… магия не могла не привлечь мой травмированный контентом двадцать первого века разум. Знать о ней и быть от неё почти полностью отрезанным было даже обидно. (Сноска: предыдущее утверждение про отсутствие претензий к мирозданию остаётся в силе.) И пусть первый раз, когда я лицезрел настоящую магию в действии, было страшно до усрачки… как и почти полдесятка следующих случаев, — мой интерес к ней так и не угас, а лишь тлел где-то глубоко.

Нельзя сказать, что большая часть моих действий и решений была продиктована исключительно этим интересом. Но я частенько действовал с явной оглядкой на него.

И вот я переезжаю в королевство, где нет тех проблем с магией. Более того, его нынешняя королева — ведьма немалого врождённого таланта, будучи одной из принцесс Альбиона получившая лучшее из возможных образований в стезе магии,

И вроде бы препятствий для нашего взаимодействия как бы и нет — иди спрашивай что хочешь. Я самый вероятный вариант на должность будущего короля Дюлока. Казалось бы, только протяни руку — и из неё вот-вот вырвется фаербол. Угу, конечно. Корпорация «ага, щас» к вашим услугам.

Мои взаимоотношения с королевской четой — в лице принцессы Белоснежки и самой королевы Гримхильды — неплохи. На фоне того, какими они могли бы быть, будь на моём месте любой другой из принцев Тристейна, так они вообще отличные. Но пока — только в формате официальных, рафинированных этикетом отношений.

Белоснежка сама потихоньку шла на контакт, но вот её мачеха… За прошедшее время я убедился, что о части моих дел она точно знает. Это проявляется в малых, почти неуловимых нотках настороженности, что выбиваются то тут, то там из её безупречного самообладания. Но она знает мало — иначе вряд ли бы вообще оставалась в одной комнате с вооружённым мной.

Я не рвался вперёд, чтобы не спугнуть напором, но чуть больше чем за неделю возможности для личного разговора без давления с моей стороны так и не выдалось. В принципе, за прошедшую во дворце неделю наметились положительные сдвиги, и сдаётся мне, что в течение месяца-полутора я смог бы в спокойном темпе «примелькаться» и сдвинуть наше взаимодействие с мёртвой точки.

Но тут под руку попался такой шанс форсировать события. К тому же магически ценная тварь станет неплохой отправной точкой в завуалированных переговорах, каким наш первый настоящий диалог, несомненно, станет в виду обстоятельств.

Не хочется сводить всё к бартерному обмену, но для начала и так сойдёт. Хоть королева, несомненно, поддерживает связь с Альбионом, но вряд ли оказываемая ей поддержка велика — тем более в виду плачевного положения магического королевства после прошедшей эпидемии. И то, что могу предложить я, имеет вес.

Кхм.

Из мыслей о происходящем меня выдернула Гретта, ехавшая на собственном коне рядом со мной. Не то чтобы она сделала что-то конкретное. Но в течение двух дней, уже потраченных на обратный путь, от неё чувствовалась лёгкая, но упрямая нотка недовольства.

Раз уж была возможность, я не стал тянуть. Чуть дёрнув поводья, вильнул лошадью так, чтобы оказаться почти вплотную к своей помощнице. Шлем в поездке по тракту я не носил — это, конечно, несколько опрометчиво, но от случайной стрелы из леса я, как и близнецы, был защищён иным способом. Так что я не усложнял себе поездку «ведром» на голове. Ничто не мешало мне просто тыкнуть девушку локтем в бок и начать диалог.

— Что за слишком умные мысли гложут твою голову? Не подобает достойной леди слишком много думать, от этого вы перегреваетесь и падаете в обморок. — не удержался от подначки. Не только мои подчинённые могут меня подкалывать — скорее наоборот, этому они нахватались от меня.

Нехарактерная для меня, но вполне подходящая для этого времени фраза — хоть и слишком прямая — всё же смогла расшатать её маску. На самом деле её негатив был почти не заметен — тут нужно чувствовать самих людей и атмосферу.

Слегка нахмурившись, Гретта просканировала окружение, отметив, что вокруг нас достаточно свободного места, и чуть отпустила тот безупречный, сдержанный образ, который она в своём понимании старалась поддерживать всё время. Кажется, она пытается взять на себя всю ту серьёзность, от которой я всеми силами отпихиваюсь, — компенсировать, так сказать, мои «недостатки».

— Я могла справиться не хуже Ганса и помочь вам разобраться с монстром, — тихим, но твёрдым голосом всё же высказала то, о чём думала.

Ну, чего-то подобного я и ожидал. Я вновь окинул девушку более внимательным, оценивающим взглядом.

Молодая, но уже взрослая по местным меркам (которые не слишком расходились с объективной реальностью) красавица уверенно держалась в седле, правя лошадью почти без применения поводьев.