Хоть принц Алан и не говорил прямо, зачем туша монстра отправляется в столицу, королева без труда поняла намёк. Она, действительно, найдёт применение некоторым внутренностям, шкуре и когтям лазурного монстра. В Дюлоке просто нет магов или ведьм её уровня, чтобы доверить эту работу кому-то другому. Да и не стала бы.

Пожалуй, она даже лично поблагодарит героя, сразившего тварь и обезопасившего жизни артели коротышек, которую ей с таким трудом удалось нанять для работы в самоцветных шахтах. К тому же тварь могла стать настоящим кошмаром для целого региона, если бы успела набрать побольше силы и ей стало бы тесно под землёй.

— Герой… — новый вздох, в котором можно было услышать сдавленную горечь… и тихую зависть. — Небо несправедливо. Я тоже хотела героя, а не… всего этого…

Взмах изящной руки — и картинка в зеркале дрогнула, заколебавшись, прежде чем смениться обычным отражением усталого, но прекрасного лица королевы. Страшного не случилось — принц жив и вернётся с победой. И слава Богу, ведь его смерть означала бы лишь начало огромных проблем для неё и её страны. Она уже отдала строжайшее распоряжение, чтобы все новости о монстрах, чудовищах и крупных разбойничьих шайках ни в коем случае не доходили до принца и его свиты. Ей ещё и тридцати нет, а из-за переживаний за этих… самонадеянных героев она уже какую ночь спала урывками. А когда увидела в зеркале, на кого именно решил лично устроить охоту принц, то у неё чуть сердце в пятки не ушло! И ругалась она в тот момент, в пустоту своих покоев, ничуть не меньше, чем сам Алан Три Башни в гуще сражения с чудовищем! Потому что ей-то уж точно только армии Тристейна, пересекающей границу Дюлока, пришедшей мстить за любимого в воинской среде третьего принца по приказу его отца-короля, и не хватало!

Желая сбросить накопившееся напряжение, её мысли перескочили с этой неприятной темы на более прикладные вопросы. Она вновь принялась анализировать произошедшее со всех возможных сторон, ища новые детали в этом хаосе. Возможно, получится использовать случай с монстром для ускорения стабилизации атмосферы во дворце.

Прокручивая в памяти услышанные обрывки разговоров и сцены из зеркала, её мысли неожиданно зацепились за один мелкий, но странный момент, прозвучавший в устах принца уже после победы, когда он шутил со своим оруженосцем.

Хмм… Интересно, а что всё-таки значит это странное, на слух чужеземное слово — «милфа»?

Глава 6

Дорога до шахт заняла три дня — ровно столько ушло на конный переход с учётом сменяемых лошадей и коротких привалов. По меркам этого мира — совсем близко от столицы. Обычные переходы между крупными поселениями даже для счастливых обладателей целого состояния на четырёх копытах могли занимать недели и месяцы.

Именно такое малое расстояние до точки интереса и позволило Кроу так быстро перехватить свежую информацию. Вероятно, если бы происшествие случилось в более дальнем регионе, весточка до королевы дошла бы куда быстрее, чем до меня. И лично для меня это можно было бы счесть упущенной возможностью. Вряд ли бы королева обратилась ко мне с просьбой решить такую проблему — скорее, всеми силами скрыла бы от «воинствующих варваров» сам факт произошедшего. Во избежание, так сказать, ненужных импульсивных геройств.

С учётом того, что бой с монстром уже позади, все принятые на себя риски оказались обнулены, и я имею на руках чистый результат — а его аккуратно обработанная для лучшей сохранности туша уже едет в обозе, — то в итоге всё сложилось хорошо.

Сомнения в моей адекватности при принятии этого решения уже не имеют смысла. Факт налицо: тварь мертва, мы целы, трофей наш.

Но всё же три дня этой равномерной, укачивающей качки на лошади (хотя бы не в душной карете!) я потратил не только на дорогу, но и на то, чтобы в очередной раз обдумать — нахрена я вообще полез за этой тварью.

Нажиться на охоте на подобных опасных и ценных тварей, конечно, можно. Но не слишком. Хотя бы потому, что те, кто может скупить такую добычу, не привыкли платить за неё достаточно. В Тристейне единственным массовым скупщиком была церковь, чьим ручным магам кое-что из добытого могло быть полезно. Ну и не только им. Но отлов тварей, доступных для охоты и обладающих общеизвестной ценностью, давно отлажен и монополизирован.

В общем, целенаправленная охота именно на магических тварей всегда была делом геморройным, низкорентабельным и рискованным. Но я всё равно охотился — по множеству причин. Среди них было и то, что те, кто чистят людские земли от «нечисти», с охотой привечались в особенных кругах церкви. Это отлично ложилось на моё положение и укрепляло и без того хорошую репутацию у духовенства в целом. А с учётом этого, в тех же «особенных кругах» действительно редкие трофеи можно было обменять не на простые деньги, а на что-то более ценное и труднодоступное.

Мистические побрякушки вроде монеты-кулона, что болтается на моей шее, в королевской сокровищнице Тристейна были редкостью — как ввиду общего отношения к магии в королевстве, так и особой осторожности церковников к таким вещам. А к тому, что всё же лежало в закромах, даже принцу было не так-то легко подступиться. Отбить у братьев хотя бы один из родовых усилителей было непростой задачей.