Поглаживая её по спине, я смотрел на стены этого случайно выбранного дома, спальню которого отдали Хексе, и на маленькую картину на стене, изображавшую корабль на закате, уходящий в океан, а его мачта отбрасывала на воду длинную тень... в форме креста.

И всё же плачущей женщине я ничего не сказал.

Потому что и сам ничего не чувствовал.

Глава 34

Ниже приведена запись из дневника

[]

Рано утром съездив в Штурмкам, большую часть дня я потратил на улаживание дел Академии в городе, а также на помощь, о которой меня просили и которая, как и во время каждой такой поездки, обычно сводилась либо к советам по продолжающимся поискам тех немногих малых демонов, что уцелели после битвы, либо к посредничеству.

Вчера Хексе не унималась и стояла на том, что уже способна вернуться к своим обязанностям и поехать вместо меня, но даже без просьбы священника дать ей отдохнуть ещё хотя бы неделю я видел, что ей тяжело передвигаться. Но если отбросить в сторону её здоровье, раздражающие просьбы помочь с тем или иным делом были адресованы именно мне из-за моей недавней репутации спасителя города, из-за чего Хексе, возможно, не смогла бы полноценно меня заменить.

Кроме того, моя репутация всё ещё колебалась где-то между «героической» и «сомнительной» – смотря кого спросить, – главным образом из-за того, что судьба Ауры была общеизвестна. Уже по одной этой причине мне стоит не запираться в своей мастерской, а заниматься мелкой работой и чаще показываться среди людей, чтобы развеять любые подсознательные опасения. Даже я это понимаю.

Мне трудно как следует выразить на бумаге свои чувства и мысли постфактум, главным образом потому, что посещение города, как всегда, представляет собой смесь скучных раздражителей и злости. Попадаются, конечно, и любопытные моменты – например, этот странный старинный магический предмет, который я заметил, проходя через рынок, – но даже для этого дневника, предназначенного для документирования моих эмоций, он не стоит упоминания.

Полагаю, стоит отметить, насколько странно было видеть город таким оживлённым и деятельным всего через неделю после битвы, хотя, если задуматься, в этом есть смысл.

Аура не успела причинить сколько-нибудь значимые потери, по крайней мере в численном выражении, а весь нанесённый городу ущерб оказался сосредоточен в нескольких местах столкновений. Стража Долины совершила почти невозможное, эвакуировав всех из деревень, через которые прошла Аура; насколько мне известно, по сей день не было зарегистрировано ни одной жертвы среди «мирняка», которую можно было бы отнести на счёт её войска.

В совокупности это означало, что, если не считать необходимости покинуть дома, а затем вернуться, большинство людей почти не пострадали ни физически, ни материально.

Если не брать в расчёт отдельные случаи мародёрства, после возвращения жителей всё вернулось в норму поразительно быстро. Разумеется, мои наблюдения и то, что я вообще готов замечать, ограничены, но какая-то часть моего прежнего восприятия этого кризиса находила происходящее странным.

Естественно, я быстро избавился от этого впечатления, поскольку моя психика, как всегда, довольно легко приспосабливается, однако само это внутреннее противоречие заслуживает упоминания.

Битва многое помогла мне понять о самом себе, и с тех пор во время молитв у меня было достаточно времени для самоанализа. Записи за несколько предыдущих дней содержат часть мыслей, к которым я пришёл во время этих размышлений. К слову, вот ещё одно подобное открытие: сегодня, увидев, насколько быстро город снова расцвёл, и заметив собственное внутреннее противоречие, я наконец связал всё воедино.

Стоило мне задуматься, и причина этого противоречия оказалась очевидной.

Мысль эта глупая, но, наверное, после произошедшего я ожидал большей весомости, будто мир должен был остановиться и осознать масштаб случившегося столкновения. Мы с Аурой, по сути, всего лишь молодые выскочки среди Высших Демонов, и всё же, насколько я понимаю, эта битва велась в масштабах, в которых сражаются древние чудовища. Иными словами, подобные битвы действительно происходят крайне редко. Полагаю, я ожидал, что кто-нибудь это заметит.

Такая мысль иррациональная и, кроме того, основанная на глупой гордости. Для большинства защитников города, даже будь масштаб нашей битвы в пять раз меньше, она всё равно выглядела бы непостижимым столкновением легендарных фигур, находящихся за пределами их воображения.

Понять, насколько грандиозной была эта битва и насколько чудовищными были участвовавшие в ней силы, могли лишь немногие образованные люди, большинство из которых являлись моими коллегами-магами.

Это всё сбивает с толку, и я по-прежнему не думаю, что до конца распутал клубок собственных мыслей и эмоций по этому поводу; возможно, в ближайшие дни я к этому вернусь.