— Невозможно... Заклинание госпожи Ауры всё ещё действует... оно не могло дать сбой на стольких... как оно могло нарушиться столько раз... — пробормотала Фрёлих, её тело дымилось и отказывалось подчиняться приказам, пока она видела, как маг медленно идёт к ней, используя посох как трость. — П-пожалуйста... Я не хотела делать ничего плохого! Я тоже под заклинанием, как и вы! — взмолилась она, и из её глаз покатились слёзы. — Я не хочу умирать!

Энтладунг опустил посох, и на его кончике вспыхнула точка света:

— Я видел, как ты откусила лицо Гевальтэтигу у реки... он ещё был жив... — тихо сказал он.

Демоница снова открыла рот, и мгновение спустя её голова исчезла, когда копьё света размазало её по мощёной улице.

Маг зашатался на месте.

Стандхафт тем временем склонился над стариком, полез в сумку у него на поясе, и руки у него при этом двигались без малейшего напряжения. Он вытащил пробку из знакомого зелья и, присев рядом, вылил его на старика. Двумя пальцами в латной перчатке он приподнял мокрый, пропитанный кровью рукав... зелье, похоже, не действовало; кровотечение продолжалось.

Его взгляд прошёлся по площади и остановился там, где пропал Могель.

Одним прыжком он вылетел за пределы кольца, вторым оказался рядом с демоном, которого длинный меч пригвоздил к стене дома и который безуспешно пытался вырвать клинок.

— Вижу, ты всё ещё управляешь собой, — заметил демон, а человек вытащил кинжал из-за пояса, на что тот лишь поднял руку. — Не нужно, видишь? — сказал он, и Стандхафт увидел.

С руки демона осыпались хлопья. Присмотревшись, он заметил, что всё тело демона источает частицы, похожие на чёрную пыль, поднимающиеся вверх, как у монстра, поражённого в...

— Твоё ядро уничтожено.

Демон приподнял бровь:

— Ты имеешь в виду сердце? Не уничтожено, но да. Я не могу собрать даже немного силы в конечностях и не способен использовать магию, — он указал на Стандхафта... нет, за него. — Эта битва закончилась ничьей. Моё проклятие не исчезнет после моей смерти, и вскоре ты снова вернёшься на службу Ауре.

При этих словах Стандхафт почувствовал, как рука у него дёрнулась против его воли, и поднял её перед собой. Его брови сошлись.

— Видишь? — спокойно сказал демон. — Ничья.

Лорд секунду смотрел на дрожащий кулак. Губы у него сжались.

А затем одним движением он ударил демона по голове. Тот попытался что-то сказать.

Стандхафт ударил снова.

Потом ещё раз.

Брызнула кровь, но он продолжал.

Он бил до тех пор, пока череп не поддался и вместо головы демона не осталась лишь растворяющаяся кровавая масса из плоти и костей.

— Мои люди, — заговорил Стандхафт, разворачиваясь и без всякого удивления обнаруживая позади оставшихся солдат. — Простите меня.

Сказать он хотел гораздо больше, но уже чувствовал, что чудо, разбудившее его людей, теряет силу.

Он также не мог придумать, что ещё можно сделать. Смерть не избавит их от рабства. Полное уничтожение тел избавило бы, но времени не было, да и ему не хватало духу расчленить тех, кто годами сражался бок о бок с ним, а ничего другого в затуманенный разум ему не приходило.

Похоже, демон был прав.

Он в последний раз взглянул на старика и на слизняка в человеческой шкуре, который хотя бы выбрал смерть мужчины.

В уме он произнёс короткую молитву, даже когда почувствовал, как его тело снова ускользает из-под контроля, а оковы над ним затягиваются крепче.

***

Альберт

Лишь короткое мгновение я стоял на месте, полностью сосредоточившись на смерче.

Я чувствовал, как Зис и Карбункул трудятся изо всех сил, их ядра были в движении, и мне приходилось довольно-таки сильно колебать собственную ману, чтобы скрывать их активность, но это было возможно благодаря тому количеству маны, которое я впервые в жизни открыто излучал.

Тогда я ещё не осознавал, что этот момент казался мне прекрасным. Ощущение нагрузки по всему телу и ядру, напряжение, страх, гордость за то, на что я способен... всё это шло рука об руку.

На моих губах сама собой растянулась лёгкая улыбка.

Сдержанность, сомнения, привычные границы – всё исчезло.

Я вдохнул, словно втягивая в себя саму жизнь, и снова перевёл внимание на демона-мечника, который, подобно мне, казался готовым к тому, что последует дальше.

Я уже знал, что должен сделать. Пока мои творения поддерживали смерч, поджаривали дракона и запирали Ауру с Нойгири по другую сторону, мне следовало добить Шрегштриха; иначе эту битву можно было считать проигранной.

Я всё ещё ощущал, как смерч тянет меня к себе, поскольку даже Зис не обладала достаточным контролем, чтобы просто исключить меня из действия своих ветров. Видя, что Шрегштрих находится примерно на таком же расстоянии от вихря, как и я, я мог лишь заключить, что и он сейчас удерживает себя на земле при помощи магии полёта.