— Какая страшная вещь может достаться Королю Демонов, — тихо сказала Хексе, пока жидкости вокруг неё перестраивались, а сама она слегка сместилась. — Наверное, хорошо хотя бы то, что создатель этого ремесла умрёт, пусть сама дисциплина и останется.

Демон лишь уставился на Хекс перед тем, как наклонить голову.

— Ты говоришь так, будто думаешь, что моей магией владеет кто-то кроме меня, — произнёс демон, и в его голосе появилось лёгкое раздражение.

— ...хочешь сказать, что никто больше её не знает? — уточнила Хексе, чувствуя, как у неё едва не перехватило дыхание. — Но польза твоих Сигилов должна быть огромна. Наверняка любой Высший Демон выиграл бы от доступа к ним?

Демон лишь наклонил голову:

— Какое мне до этого дело? Это моя магия, и никто не настолько жалок, чтобы её украсть, — объяснил он так, словно это было самой очевидной вещью в мире.

Хексе не удержалась и рассмеялась, к явному недоумению и неудовольствию демона.

Она и правда переняла от него худшую привычку, да? Предполагать, что развитие знаний и мастерства – естественная цель, к которой стремится каждый маг, пытаться увидеть в этих существах хотя бы отражение Альберта...

...она и правда была наивна, раз пыталась найти в них хоть какую-то человечность, не так ли?

— Ха, — выдохнула она, покачав головой. — Ты уж извини, но ты ведь только что распинался, как ценишь зачарования, а теперь говоришь нечто настолько возмутительное? Ты что, не понимаешь, что твоя магия развивалась бы быстрее, если бы её продвигало больше людей?

Демон уставился на неё.

— В твоих словах нет смысла. Почему меня это должно волновать? — демон покачал головой, и мечи вновь устремились вперёд. — Моя магия принадлежит лишь мне, пока именно я её развиваю.

Хексе тоже начала действовать.

Четыре бутылька по комнате взорвались, в каждой был иной состав, и все они устремились к демону с неожиданных направлений.

Мечи вокруг него снова скрестились.

Тем временем Хексе направила вперёд зелье аквамаринового цвета... и, когда её мана коснулась его, оно превратилось в катящиеся морские волны, которые захлестнули собор и застигнутого врасплох демона.

При соприкосновении с одним мечом вода закипала, а с другим замерзала. Щит вокруг демона справился с остальной водой, но вот только...

Она также скрыла от него обзор.

Хексе разбила бутылёк в рукаве и высвободила жидкое серебро, сформировав вокруг себя ровную сферу. Затем она заставила его затвердеть; на четыре секунды она словно оказалась полностью отрезана от внешнего мира.

Хексе заставила четыре жидкости, выпущенные по всему зданию, упасть в солёную воду.

«Почти» неразрушимый абсолютный металл на миг задрожал, но Хексе знала, что снаружи весь собор, должно быть, исчез, и надеялась, что вместе с демоном.

И всё же ещё три секунды она стояла внутри, наблюдая, как металлическая сфера вокруг неё, отражавшая тусклое сияние некоторых циркулирующих рядом зелий, медленно становится ослепительно белой.

Она никак не могла среагировать на меч, пробивший кокон и её живот.

Её глаза расширились от потрясения и страха, боль ещё не успела прийти, когда меч также тускло вспыхнул маной.

Хексе ударила по нему каменным зельем, жидкость мгновенно затвердела в мрамор, а она заставила себя отпрянуть и прорваться сквозь тонкую белую сферу, которая уже рушилась; снаружи она почувствовала лишь дым и горячий воздух.

На месте собора остался кратер; сфера, в которой она находилась, лишь отчасти сдержала взрыв, а от остальной части величественного здания не осталось ничего, что можно было бы восстановить.

Демон стоял с одним мечом в руке; ещё два меча, ледяной и огненный, парили вокруг него, а два клинка, создававшие щит, исчезли. Его броня растрескалась. Он лишился левой руки, ноги и части паха, а всё оставшееся его тело парило над землёй.

— Что за нелепица, — пожаловалась Хексе, дыша поверхностно и с трудом, когда рухнула на землю. Боль была слишком сильной; ей едва удавалось заставлять заклинание удерживать составы вокруг себя в воздухе. — Ты не мог выжить!

Она прекрасно это знала и понимала. Как алхимик, она великолепно разбиралась в выходе реакции. Такое количество солёной воды, жёлтой серы, тёмной кристаллической жидкости, разжиженной основы и ложной бронзы должно было породить самый мощный известный ей краткий взрыв чистой силы и жара.

— Я уже говорил, что вдохновлялся магией зачарований, но, естественно, мои сигилы превосходят её по силе эффекта, — сказал демон, и голос его дрогнул. — Ты опасна. Умри.

Он сделал жест в сторону Хексе, и женщина, стиснув зубы, снова была вынуждена заставить один из окружавших её составов смешаться с другим, породив розовое, пушистое, расширяющееся вещество, которое врезалось в неё, но вместе с тем поглотило летевшие мечи.

Мучение от того, что пушистое розовое облакоподобное вещество сдвигало её с места, пока в животе у неё зияла дыра, трудно было в словах описать, но вскоре она поняла, что затвердевшая пена поднимется башней и хотя бы ненадолго разделит её с демоном.