Я бросил взгляд на нервного слугу рядом с бургомистром, который, должно быть, и принёс эту весть, но я только кивнул и поднялся, оправляя мантию.

Анунгслос кивнул в ответ. С тех пор как начался кризис, этот человек каким-то образом преобразился и стал относиться ко всему с предельной серьёзностью, а это было чрезвычайно полезно.

— Всем выйти, — велел он писцам. — Но далеко не уходите.

Его люди, разумеется, услышали его и без особых возражений начали собираться и покидать комнату.

Некоторое время мы стояли в молчании.

— Как вы думаете, он отнесётся к этому всерьёз? — озвучил я вопрос, который уже давно вертелся у меня на языке, просто прежде я не находил случая его задать, не подрывая чужой боевой дух. — Он ведь из Центральных земель... для них могущественные демоны не являются частью недавней памяти.

Бургомистр фыркнул, качая головой.

— Не могу знать, но не удивлюсь, если наше драгоценное лордство ещё найдёт способ всё усложнить... — он коротко взглянул на меня. — Даже если он и не отдаст угрозе всей должной серьёзности, надо быть полным дураком, чтобы совсем проигнорировать твои слова и советы. Как бы я ни недолюбливал этого человека, сомневаюсь, что он настолько глуп.

Я медленно кивнул, вновь поворачиваясь ко входу.

Не прошло и минуты, как дверь распахнулась и внутрь вошёл мужчина в дорогом, но практичном доспехе.

Его броня была густо пронизана зачарованиями и укрепляющими чарами, а его глаза в то короткое мгновение тишины обвели комнату с поразительной внимательностью.

— Значит, это всё-таки не худо устроенная попытка убийства, — сказал он, возможно шутя, а возможно и нет, скользнув взглядом по Анунгслосу и мне. — Хорошо. Сегодня я не в настроении для подобного.

Он вошёл в комнату и дал двери закрыться за собой, а затем снова перевёл взгляд на нас двоих.

— В письме, которое доставил ваш фамильяр, говорилось, что дело неотложное, угрожает всему региону и что мне следует вновь собрать моих под знамёна. Я готов отправить гонцов, чтобы мои люди начали готовиться, но сперва решил выяснить, насколько велика та угроза, которую вы описали. В худшем случае они будут здесь через день, — коротко объяснил он, к моему облегчению.

Я кивнул ему.

— У нас есть ещё несколько дней, так что этого достаточно, — я взглянул на бургомистра. — Вы хотите сами изложить те идеи, что у нас уже есть, или...?

Анунгслос безрадостно усмехнулся.

— Вы опять забегаете вперёд, сэр Альберт. Для начала изложите лорду Стандхафту саму угрозу так же, как вы изложили её мне; он человек военный и не станет действовать, пока не получит полной картины... к тому же, как вы сами сказали, время у нас ещё есть, — он говорил без нажима, скорее как человек, дающий искренний совет.

Я именно в таком духе эти слова и воспринял.

— Ваш бургомистр прав, — с каменным лицом заметил лорд, хотя я видел, чего ему стоило это признание, учитывая очевидное отвращение. — Итак, угроза?

Я не стал тянуть.

— Демоны, — коротко сказал я, указывая на карту. — Они используют горные перевалы на самом южном конце горного хребта, чтобы обойти все наши оборонительные линии, дороги, передовые посты... и очень скоро будут здесь.

Стандхафт вскинул бровь, и на лице его проступило вполне искреннее изумление.

— Шутить изволили? — спросил он и даже бросил короткий взгляд на Анунгслоса, будто ища у него подтверждения. — Мне говорили, да я и сам видел, что ваша Стража Долины, хоть и не мои люди, всё же вполне достойная сила, которая способна уберечь чернь от монстров. Так с чего вдруг несколько говорящих монстров стало проблемой? — спросил он, и со стороны могло показаться, будто он от нас просто отмахивается.

Но я видел, что вопрос был вполне серьёзным; он ещё не отмахнулся от самой угрозы, он лишь не понимал, каким образом это вообще может быть угрозой.

— Средний демон – это существо, с которым может справиться только опытная, хорошо снаряжённая группа авантюристов, и нередко даже не без потерь, — просто объяснил я. — А я говорю о банде, в которой таких существ несколько. Но это ещё даже не вся глубина нашей проблемы.

Я отступил на шаг и сплёл иллюзионное заклинание, выводя картину, которую видел глазами фамильяра.

Сотни людей, шагающих безжизненно, закованных с головы до пят в тяжёлую дорогую броню.

— Целое войско...? — глаза Стандхафта тут же сузились.

— Не в том смысле, о котором вы думаете, — коротко ответил я, слегка качая головой. — Я пришёл к выводу, что это реальные люди; я видел, как они разбивали лагерь на отдых. Они живы. Однако они же и заложники, — вот эту часть мне раскрывать совсем не хотелось, потому что без моих знаний об Ауре она действительно объяснялась не слишком легко. — Души этих людей захвачены демоницей, что возглавляет эту группу. Они её марионетки, вынужденные исполнять любой приказ; весьма вероятно, что они всё ещё в сознании и насильно ввергнуты в это... рабство.