Разумеется, она всё равно могла заподозрить, что вся пережитая ею последовательность была подделана, но для того, чтобы в столь короткий срок, параллельно поддерживая разговор, создать настолько подробную симуляцию, требовалось нечто большее, чем просто демоническая природа.

Не то чтобы средний демон не захотел бы подделать такую иллюзию на моём месте – просто никто не смог бы. В воспоминании, которое позволяет заново пережить Резонирующая Душа, слишком уж много деталей.

По крайней мере, она должна была понять, что я был искренен.

Впрочем, она теперь также узнает, с какой лёгкостью я готов был убить её из-за сравнительно незначительных раздражителей. Это, возможно, несколько подпортит впечатление.

Я подошёл ко второму креслу и бережно уложил в него Хексе. Одним движением я сотворил на ней простое платье. На это ушло около тридцати секунд.

Разумеется, без постоянной подпитки моей маной оно рассеется всего через полчаса, как и большая часть моей одежды. Но этого должно было хватить, чтобы она чувствовала себя спокойнее и сохранила хоть какое-то подобие приличий.

Поддавшись собственному любопытству и помня об ограниченности времени, я обошёл стол и взял флакон, из которого она изначально наливала жидкость.

Осторожно вновь отвинтив крышку, я вдохнул... без запаха.

Я позволил одной-единственной капле упасть себе на палец, а затем бросил её в огонь. На меня снова нахлынула та отвратительная вонь.

Хотя отдельно, без примеси других запахов, я бы её не распознал... теперь это напомнило мне средства для отпугивания монстров, которые я видел у авантюристов. Люди их запах не чувствовали, а вот некоторых монстров глубоко тревожили. Не потому, что сами по себе могли нам навредить, просто часть из них была на редкость омерзительна.

Неужели это... одно из таких средств?

— Умно, — произнёс я вслух без особой причины и оглянулся на женщину.

Значит, это и было последней проверкой, когда она убеждалась, что я действительно демон. Но тогда выходило, что она подозревала это ещё до самой встречи. Как?

Вероятно, её помощница, та девушка, что записывала меня на эту встречу и потом провела в эту комнату. Она, должно быть, описала меня ей, но разве одного лишь описания внешности достаточно, чтобы распознать во мне демона?

Никто другой никогда этого не делал.

Некоторое время я обдумывал этот вопрос.

Затем призвал собственный посох и осторожно левитацией поднял со стола ещё одну трубку.

Как я понимал, их там держали для гостей. Та, которую курила сама Хексе, могла быть набита чем-то иным, но я всё же решил проверить запах и этой.

Вещество я не узнал.

С кресла донёсся резкий вдох – женщина вдруг села, дико озираясь по сторонам и пытаясь связать пережитое от лица меня с объективной реальностью вокруг неё.

— Дыши, — просто сказал я, держась на расстоянии. — Извини, что использовал на тебе своё проклятие без разрешения, но сомневаюсь, что иначе наш разговор вообще куда-то бы сдвинулся.

При звуке моего голоса Хексе вздрогнула и посмотрела на меня... с такой смесью чувств, что я не смог бы её точно определить.

— Ты... вот так чувствуешь мир всё время? — спросила она; голос её на миг сорвался. — Это... это...

Я просто кивнул.

— Знаю, — сказал я. — Но раз уж так, не удовлетворишь ли и ты моё любопытство? Как ты поняла?

Хексе моргнула, удивлённая вопросом, а затем, спустя мгновение, осознала, что именно я имею в виду.

— Я... в тот день, когда ты вошёл в особняк и подошёл к Дюрфен... — Хексе нервно усмехнулась. — По всему поместью стояла страшная вонь, потому что мы пытались травить паразитов... из-за этого весь особняк и был закрыт. Для любого человека или зверя этот запах невыносим... только монстры его вообще не замечают и спокойно проходят прямо к дому... — Хексе покачала головой. — Она... этого не знала, но рассказала мне, а у меня... у меня появились подозрения.

— Значит, это средство от монстров? — она моргнула, но кивнула. — Очень изобретательно. Никогда прежде против меня не использовали ничего подобного, — искренне признал я и показал ей курительную смесь. — А это? По очевидным причинам я не особенно разбираюсь в человеческих лечебных средствах, так что не смог определить вещество.

Хексе моргнула, а затем улыбнулась – неожиданно искренне. На её лице было веселье, но такое, которое прорывается даже сквозь напряжение, когда совсем не к месту.

— Это называется «Нарренфриден»... раствор, от которого человек расслабляется и почти перестаёт испытывать сильный стресс, — объяснила она.

И тут всё встало на свои места. Именно из-за этого расслабления я и не ощущал в её действиях настоящей враждебности; вот почему случившееся настолько застало меня врасплох...