— Да убьёт кто-нибудь уже этого орущего ублюдка, а? — раздражённо бросил Кратцер, указывая на воющее чудовище без ног... которое всё ещё пыталось ползти к ним.

Ревьер коротко, насмешливо отсалютовал дворфу.

— Как прикажете, сэр, сейчас устроим, сэр, — сказал он, буднично натягивая тетиву и всаживая твари стрелу в голову.

Нойгири уставилась на него, потому что... раненый был видим, и теперь она могла разглядеть, что он и правда похож на леопарда, если заставить того ходить как человека и превратить передние лапы в руки.

— Похоже, это всё-таки те монстры, которые целиком и полностью заточены на убийство людей, — заметил рядом Шветцер, заставив её моргнуть и взглянуть на него. Он улыбался ей. — Я, может, и не Гансельн, но на некоторых лекциях, которые читает ваш директор, тоже бывал, знаете ли.

Нойгири невольно рассмеялась. Она и сама не поняла почему, но почему-то непринуждённость этого человека показалась ей сейчас невероятно забавной, даже несмотря на то, что багряная кровь, которой он был почти весь залит, уже начинала рассыпаться серой пылью, растворяющейся в мане.

— Ни за что бы не подумала, что вы из таких! — призналась она сквозь смех, а потом покачала головой.

Шветцер театрально схватился за сердце.

— Вы раните меня прямо в сердце, сударыня, — с каменным лицом сказал он.

И это тоже показалось Нойгири страшно смешным, так что её всю слегка затрясло.

— Но... но всё же... — она покачала головой, пытаясь собрать мысли. Она понимала, что с ней. Напряжение покидало её тело после настоящей битвы. Не первой в её жизни. — Это могут быть монстры, по самой своей природе нацеленные на убийство людей... иначе они бы не выслеживали наших егерей без атак на них, — объяснила она, поднимая палец, но вдруг осеклась и в замешательстве опустила взгляд на существо, которое всё ещё ползло к ним, даже умирая и корчась от боли... — Но тогда почему они...

То, что случилось потом, Нойгири не забыла бы до конца своих дней.

На миг ей показалось, будто само время замедлилось. Будто волна, достигшая гребня, когда пена уже начинает вздыматься и на мгновение застывает наверху.

Она видела, как Гансельн что-то обсуждает с Кратцером, пока они сверяются с маленькой самодельной картой, как Ревьер собирает стрелы, а Оффенбар перевязывает какую-то рану на плече Брава.

Она видела улыбающееся лицо Шветцера – искреннее, без обычной неловкой дистанции.

А потом она увидела ужас, начавший расти в его глазах. И увидела, как он взорвался движением.

А затем волна рухнула.

— В сторону!

Она ощутила удар, когда мужчина оттолкнул её; возможно, она вскрикнула, а потом, наверное, на миг потеряла сознание от той боли, с которой ударилась грудью.

Когда её зрение вернулось, в ушах у неё звенело, и она увидела... увидела...

Человека. Человека с рогами и ужасающей маной.

Человека с рогами и ужасающей маной, чьё лезвие уже пронзило Шветцеру грудь!

Нойгири попыталась оглядеться, влево – и увидела лицо Брава, почти утопающее в снегу. Ещё один демон снова и снова бил по... Оффенбару, у которого уже не было рук.

На одно мгновение её захлестнуло полное ощущение нереальности происходящего.

Демоны. На них напали демоны, здесь, посреди такой глуши. Это же невозможно, не может быть правдой...

— ...гири! Нойгири! — донеслось до неё сквозь звон в ушах.

Маг-менталист медленно моргнула и увидела, как Гансельн пытается пробиться мимо демона, который, похоже, удерживал его на месте один на один.

С огромным трудом Нойгири потянулась маной и почувствовала... почувствовала...

Ужас.

— Ну-ну, не стоит, — раздался женский голос, сладкий, льющийся, и фигура, одетая до абсурда легко для такой погоды. Демоница подошла к Шветцеру. Поначалу Нойгири даже не осознала, что именно произошло дальше.

Лишь когда розововолосая демоница с двумя хвостиками откусила кусок от окровавленной оторванной руки, которую держала в ладони, до Нойгири дошло.

Её вырвало.

— Ты! — взревел Гансельн, и вместе с ним взревела его мана.

Нойгири видела, как следующим умрёт он. Потому что демоница, которая... которая ела Шветцера...

Должна была быть Высшим Демоном. Нойгири помнила: когда-то, задав вопрос своей наставнице, она услышала от неё именно это.

— Нойгири, Высшие Демоны – это существа за пределами человеческого понимания, — с пугающей улыбкой объясняла ей наставница Сери. — Для мага вроде тебя, который изучает магию и пытается расширить её границы... это непостижимые создания, нарушающие сами правила магии, как ты их знаешь, — эльфийка посмотрел ей в глаза без тени веселья на лице. — Если ты не подготовлена к такому бою, не знаешь точно, с чем имеешь дело, и у тебя нет союзников под стать... тебе остаётся только бежать.

Это был Высший Демон, Нойгири знала нутром.

У неё не было времени спрашивать себя как или почему. Она просто протянула ману к птице и вложила ей в разум несколько образов.