Рябь в снегу метнулась к нему, но его там уже не было – он успел войти внутрь дистанции, и его меч одним ударом вспорол тварь по диагонали от плеча до рёбер, раскрывая её, словно расколотое полено. Вторая тварь кинулась к нему сбоку, и он ушёл от почти невидимого взмаха когтей, пригнулся под второй, а потом выпрямился с режущим ударом, и лапа чудовища отлетела по локоть, а ещё через пол-удара сердца за ней последовало и горло.

— Двое на тебе, Ганс! — крикнул Шветцер, даже не поворачивая головы.

— Занят! — отозвался рыцарь, почти между делом ударом тыльной стороны руки отшвыривая одного из монстров, который пытался подкрасться к нему со спины.

— Освобождайся! — гаркнул второй, вынужденный едва ли не сделать сальто назад от двух монстров, но при этом всё равно успевший полоснуть одно по ноге, а другое пнуть, чтобы увеличить дистанцию прыжка, и каким-то образом безопасно приземлиться, точно кошка.

Брав находился чуть дальше, полуприсев за небольшим каменным выступом; маленький арбалет был у него в левой руке, а охотничий нож зажат у него в зубах. Он выстрелил раз, позволил арбалету повиснуть на ремне у пояса, перехватил нож в руку – и тут на него уже налетела тварь. Брав скользнул на коленях под её когтями по снегу, поднялся у неё за спиной и всадил нож снизу под основание черепа, сразу с проворотом, и чудовище рухнуло.

Всё это Нойгири видела лишь мельком, краем глаза, потому что сама была сосредоточена на своей задаче.

Ближайшее к ней чудовище, если так вообще можно было назвать ту едва заметную неправильность в снегу в пятнадцати шагах от неё, стремительно приближалось, и Нойгири сквозь метель поймала его взгляд.

Это заклинание она применяла нечасто, а уж с такого расстояния – тем более, и существо это, без сомнения, было монстров с ядром... и всё же её исследования не прошли даром, пока она сплетала шаблоны заклинания.

Её заклинание скользнуло по его разуму, как лезвие по шёлку.

Тень в снегу запнулась прямо на бегу, клюнув вперёд, и Нойгири пустила огненную стрелу туда, где у него должна была быть голова. Снег взорвался фонтаном алого пара и крови, подтверждая, что она рассчитала верно.

Слева от неё мчалось ещё одно чудище. На этот раз она даже не стала пытаться усыпить его. Она дотянулась до его разума и просто повернула восприятие, и чудовище на несколько кратких секунд потеряло понимание, где находится, а его глаза приняли сородича за угрозу; две ряби в снегу столкнулись, сплетаясь в клубок почти невидимых когтей, яростно рвущих друг друга с такой силой, что это было слышно даже сквозь ветер.

Следующая стрела Ревьера вошла одному из них, должно быть, прямо в глаз, и схватка тут же оборвалась.

— Справа! — вдруг рявкнул Оффенбар. — Правый фланг, магичка, справа!

Нойгири обернулась, и Шветцер уже двигался.

Наверное, он услышал крик на удар сердца раньше неё. А может, и вовсе всё это время следил именно за тем флангом. Он оттолкнулся сразу обеими ногами, одним жёстким прыжком унося себя назад и вверх над телом, которое только что оставил на снегу, и приземлился между Нойгири и тем, что неслось на неё, уже занося изогнутый меч. Первый удар рассёк что-то поперёк груди прямо в прыжке, а второй, не прерываясь после первого, снёс твари голову чуть ниже челюсти, и маскировка той слетела, когда тело рухнуло, и Нойгири наконец увидела одно из них как следует, у самых своих ног.

Шветцер даже не посмотрел на неё. Его глаза уже метались по сторонам, проверяя углы, которые она сама проверить не могла, а меч он держал низко и свободно у бедра; дыхание у него было тяжёлым, но ровным.

— Держись возле меня, госпожа маг, — сказал он.

Нойгири подняла посох и отбила удар ещё одного почти невидимого монстра вращающимся щитом, который треснул, как стекло... только для того, чтобы в следующую секунду монстр получил Кришталльспер, пригвоздившее его к земле, как жука булавкой.

— Держись ближе. Я не могу возводить щиты слишком далеко, — предупредила она, успев заметить на лице мужчины короткую вспышку удивления, тут же перешедшую в улыбку.

Остаток схватки разворачивался уже перед ними.

Гансельн к этому моменту вошёл в ритм, и ряби в снегу, одна за другой бросавшиеся на него, превращались в части тел с такой скоростью, что Нойгири уже не успевала следить за ним глазами. Две твари попытались навалиться на него одновременно, и он разрубил обеих одним движением, а меч оставил в воздухе тонкий синий след.

Если бы Нойгири не приходилось время от времени швырять заклинания во всех существ вокруг, она бы, наверное, смотрела только на него.

— В прямом бою они не такие уж страшные, а? — с некоторым весельем спросил Шветцер, стоя совсем недалеко от Нойгири, но не переставая следить за подходами.

— Оно и логично, — сказала Нойгири, выпуская вокруг Гансельна залп взрывающихся шаров маны, чтобы на миг взметнуть снег и сделать силуэты монстров заметнее, — егеря боялись не... их силы, а того, что они могут в любой момент устроить засаду.

— М-м... — Шветцер ничего больше не сказал, лишь сделал несколько почти танцевальных шагов вперёд и парой взмахов убил чудовище, которого Нойгири даже не заметила.

К тому времени бой явно уже заканчивался; все просто добивали последних отставших.