— Прошу прощения, — сказал он, отлепляясь от стены и обращаясь к женщине, которая обернулась к нему почти без всякой настороженности. Уже одно это было странно. Он окликнул её со спины, из темноты, неожиданно, а она даже не вздрогнула. Неужели заранее почувствовала? — Вам не стоит сюда захаживать, барышня. Главные гулянья там, откуда вы пришли.

Ему и самому было неловко придавать голосу нарочитую грубость, но выбора у него не оставалось.

Нельзя же ему было просто назвать своё имя на тот случай, если загулявшая неместная потом вздумает кому-нибудь рассказать, что здесь произошло. А в том, что она неместная, Гансельн почти не сомневался – это выдавал покрой её добротной дорожной одежды. Он был почти уверен, что в лицо она его не знает, и Гансельн был не настолько глуп, чтобы явиться на такое дело в служебной форме.

Но именно поэтому он не мог и приказать ей уйти именем стражи.

— Я ищу директора Академии, — вместо ответа сказала женщина, оглядываясь по сторонам; к счастью для Гансельна, в темноте выгоревших руин поблизости она, похоже, так и не заметила Альберта. — Он эльф, светловолосый. Думаю, вы понимаете, о ком я, — она посмотрела на него, и в её глазах вместо страха плясала острота. — Вы его не видели?

Вот тут Гансельн и вправду почувствовал, как на него наваливается давление.

Главным образом он пытался понять, как, король демон её дери, случайная магичка вообще додумалась искать Альберта именно здесь. Да и никем, кроме мага, она быть не могла: кто ещё будет так спокойно разговаривать с незнакомцем в темноте, не глядя точно зная, где он стоит, и с такой уверенностью разыскивать самого директора магакадемии?

И всё же план оставался прежним. Дамочку нужно было как можно скорее спровадить; под любым предлогом.

— Видел, — кивнул он и указал в левый переулок. — Он пошёл туда. Хотя не представляю, какое у него может быть дело в этих местах.

Женщина изучающе посмотрела на Гансельна, и на лице её явственно проступило недовольство.

— Я была бы признательна, если бы вы не лгали так откровенно, — сказала она, скрестив руки под грудью. — Я, видите ли, маг-менталист. И, если уж на то пошло, я и без того страшно раздражена из-за директора. Пожалуйста, не испытывайте моего терпения и просто скажите, где он.

Не знай Гансельн, на что способны некоторые из по-настоящему сильных авантюристов, такая завуалированная угроза из уст хорошенькой безоружной девушки, да ещё на полголовы ниже него, разве что позабавила бы его.

Но он знал, что она говорит всерьёз, и положение его было не из приятных. Будь он при исполнении, любой, кто попытался бы угрожать ему подобным образом, отправился бы в камеру. Но сейчас он был не при службе. И вдобавок не мог позволить, чтобы его узнали.

Поэтому Гансельн проглотил резкий ответ и заставил себя сосредоточиться на главном.

— Барышня, ваши дела с Отшельником – это ваши дела, — осторожно сказал он, отводя взгляд. Он вспомнил слова Альберта о монстрах, которые лезут в чужую голову: им нужна хоть какая-то зацепка, чтобы установить связь – вдохнуть твой запах, встретиться взглядом и тому подобное. — Просто идите своей дорогой. Здесь и сейчас вам не рады. А завтра в Академии директор наверняка с радостью вас примет.

Женщина только фыркнула:

— Не рады кому именно – вам одному? Я больше никого поблизости не чувствую, — в этот миг у неё за спиной Альберт обогнул уцелевший обгорелый простенок, окинул руины взглядом и снова скрылся за чёрной стеной. При виде этого у Гансельна выступил пот на лбу. — Уверяю вас, я очень тонко чувствую ману: кроме вас, вокруг на улице никого нет ещё на добрую сотню шагов!

Услышав, с какой уверенностью она это произнесла, Гансельн едва удержал лицо и вместо этого сосредоточился на сути её слов.

— Я прекрасно вижу, что вы что-то скрываете, и чары на том, что у вас спрятано под плащом, тоже чувствую, — сказала она, ткнув в него пальцем. — Вы явно не какой-то случайный разбойник! И вы явно знаете директора – или хотя бы знаете, где он. Это я тоже вижу. Так что, пожалуйста, не упрямьтесь, — горячо попросила она, шагнув ближе и ткнув его пальцем в грудь. — Я не знаю, почему этот мужлан меня избегает, но я гоняюсь за ним уже три дня! Я приезжаю в Академию, мне говорят, он в Штурмкаме, я еду туда, а когда приезжаю, он снова уезжает в Академию, я отправляюсь следом – и к моему приезду его опять там нет, и тогда я решаю просто ждать! — она говорила всё горячее, всё быстрее, пока не осеклась, чтобы вдохнуть. — И жду... целый день! А потом иду в Академию, а его нет! Опять! Я же вижу, что вы знаете, где он! Скажите мне. Мне нужно знать!

На миг Гансельну и правда стало её жаль. Он отвёл глаза.

Последние несколько дней? Это как раз Альберт ездил с ним по другим местам и ещё мотался по делам турнира. Выходило, что в его беспорядочных передвижениях Гансельн отчасти был виноват и сам.

— Ну, я-то не знаю, где он, — неловко сказал он. — Так что идите своей дорогой, барышня.